К гражданско правовым действиям относится управление имуществом

ГЛАВНАЯ — ГЛАВА 53. ДОВЕРИТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИМУЩЕСТВОМ

ст 1012 ГК РФ. Договор доверительного управления имуществом

1. По договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный…

ст 1013 ГК РФ. Объект доверительного управления

1. Объектами доверительного управления могут быть предприятия и другие имущественные комплексы, отдельные объекты, относящиеся к недвижимому имуществу, ценные…

ст 1014 ГК РФ. Учредитель управления

Учредителем доверительного управления является собственник имущества, а в случаях, предусмотренных статьей 1026 настоящего Кодекса, другое…

ст 1015 ГК РФ. Доверительный управляющий

1. Доверительным управляющим может быть индивидуальный предприниматель или коммерческая организация, за исключением унитарного предприятия. В случаях, когда…

ст 1016 ГК РФ. Существенные условия договора доверительного управления имуществом

1. В договоре доверительного управления имуществом должны быть указаны: состав имущества, передаваемого в доверительное управление; наименование юридического…

ст 1017 ГК РФ. Форма договора доверительного управления имуществом

1. Договор доверительного управления имуществом должен быть заключен в письменной форме. 2. Договор доверительного управления недвижимым имуществом должен быть…

ст 1018 ГК РФ. Обособление имущества, находящегося в доверительном управлении

1. Имущество, переданное в доверительное управление, обособляется от другого имущества учредителя управления, а также от имущества доверительного управляющего….

ст 1019 ГК РФ. Передача в доверительное управление имущества, обремененного залогом

1. Передача заложенного имущества в доверительное управление не лишает залогодержателя права обратить взыскание на это имущество. 2. Доверительный управляющий…

ст 1020 ГК РФ. Права и обязанности доверительного управляющего

1. Доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в…

ст 1021 ГК РФ. Передача доверительного управления имуществом

1. Доверительный управляющий осуществляет доверительное управление имуществом лично, кроме случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи. 2. Доверительный…

ст 1022 ГК РФ. Ответственность доверительного управляющего

1. Доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя…

ст 1023 ГК РФ. Вознаграждение доверительному управляющему

Доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение необходимых…

ст 1024 ГК РФ. Прекращение договора доверительного управления имуществом

1. Договор доверительного управления имуществом прекращается вследствие: смерти гражданина, являющегося выгодоприобретателем, или ликвидации юридического лица…

ст 1025 ГК РФ. Передача в доверительное управление ценных бумаг

При передаче в доверительное управление ценных бумаг может быть предусмотрено объединение ценных бумаг, передаваемых в доверительное управление разными лицами. …

ст 1026 ГК РФ. Доверительное управление имуществом по основаниям, предусмотренным законом

1. Доверительное управление имуществом может быть также учреждено: вследствие необходимости постоянного управления имуществом подопечного в случаях,…

Одной из основных особенностей гражданского права является усиление защиты законных прав субъектов имущественных отношений гражданско-правового характера. Кредиторам должен быть предоставлен комплекс мер и средств правовой защиты для компенсации их денежных или материальных потерь, вызванных незаконными действиями со стороны должников. Каждый участник гражданских отношений должен быть уверен, что другие стороны должным образом выполняют свои обязательства. Следовательно, необходимо иметь определенные меры влияния, которые побудили бы должника выполнить взятые на себя обязательства и тем самым создать гарантии для защиты кредитора. Гражданская ответственность как вид юридической ответственности относится к таким мерам государственного принуждения, которые могут оказать необходимое воздействие на субъектов гражданских правоотношений, допускающих противоправное поведение.

Особую актуальность приобретает проблема гражданской ответственности в связи с участием в гражданском обороте юридических лиц, имеющих сложную внутреннюю структуру. В этой ситуации необходим подход, который разделяет решение возникающих проблем ответственности на две составляющие: определение виновного субъекта и определение субъекта ответственности. Вопросы совершенствования механизма реализации гражданско-правовой ответственности заключаются в выявлении признаков незаконного (незаконного) поведения юридического лица, которое может проявляться как в форме выхода за рамки предпринимательского риска, так и в виде злоупотребления закон. Рассматриваемые вопросы касаются еще одной важной проблемы – определения вины юридического лица, поскольку в гражданском праве нет единого подхода в теории и практике для понимания этой категории .

Учение об ответственности юридического лица занимает важное место в правовой доктрине. Соответствующие теоретические положения рассматривались представителями различных областей знаний: римского права, гражданского права, уголовного права, и др. Несмотря на детальную разработку категории ответственности юридического лица, некоторые ее аспекты носят дискуссионный характер, что побудило нас вновь обратиться к данной проблематике .

Ответственность юридического лица привлекала внимание ученых с древних времен. Так, в римском праве проблема ответственности юридических лиц нашла отражение в вопросительном высказывании римского классического юриста Ульпиана: «quid enim municipes dolo facere possunt?», в котором речь шла о невозможности привлечения общины к ответственности за деяния своих членов. В доктрине приведенное высказывание Ульпиана не получило однозначной оценки. По мнению большинства авторов, в частности, И.А. Покровского, его следует понимать в том смысле, что по нормам римского права корпорация (юридическое лицо) не могла быть привлечена к ответственности по причине совершения ее участниками (органами) деликтов . Однако, некоторые авторы, в их числе Синтенис, полагают, что Ульпиан провозгласил принцип самостоятельности гражданско-правовой ответственности юридического лица за гражданские правонарушения. При этом в качестве аргумента приводятся нормы римского права о возможности предъявления иска к декурионам, под которыми обычно понимались коллегии декурионов в смысле корпорации .

В российском дореволюционном праве признавалась самостоятельность гражданско-правовой ответственности юридического лица по своим обязательствам. Так, Д.И. Мейер рассуждая о правах юридического лица, подчеркивает, что права акционерных компаний необходимо рассматривать отдельно от прав акционеров, по своим долгам компания отвечает принадлежащим ей имуществом . Аналогичный тезис мы встречаем в работе И.Т. Тарасова: по обязательствам акционерной компании несет ответственность исключительно акционерный капитал, акционеры же не отвечают по долгам акционерной компании .

Особое внимание дореволюционные цивилисты уделяли вопросу об ответственности юридического лица за действия его органов. И.Т. Тарасов справедливо отмечал, что конструкция ответственности акционерной компании и ее органов должна быть продуманной, что позволит соблюсти интересы акционеров и третьих лиц . Проблема соотношения ответственности самого юридического лица и его органов решалась в науке двояко. По мнению некоторых авторов действия органов – это действия самого юридического лица и за них юридическое лицо должно быть ответственно. По этому поводу В.И. Синайский отмечал наличие у юридического лица так называемой деликтной дееспособности, которая предполагает ответственность юридического лица перед третьими лицами за действия его органов, так как именно через них юридическое лицо выступает в гражданском обороте. При этом, ученый подчеркивал, что деликтную дееспособность не следует рассматривать в качестве цели юридического лица . Другая точка зрения сводилась к тезису о том, что юридическое лицо не должно отвечать за действия его органов, так как действия органов юридического лица – это, по сути, действия физических лиц, которые образуют эти органы. Адептом подобного подхода являлся Д.И. Мейер, который, в частности, утверждал, что если орган юридического лица принял решение о расходовании денежных средств в сумме, превышающей определенный уставом лимит, то к ответственности необходимо привлечь не юридическое лицо, а физических лиц — членов этого органа.

На современном этапе по мнению большинства авторов, юридическое лицо, будучи субъектом гражданских правоотношений, обладает способностью самостоятельно нести гражданско-правовую ответственность. Так, например, Н.Н. Смирнов пишет, что именно в силу закона юридическое лицо деликтоспособно .

Основаниями гражданской ответственности являются обстоятельства, при которых она возникает. Такое основание является преступлением. Неправомерное поведение, понесенные убытки, причинно-следственная связь между правонарушением и потерями, а также вина являются условиями ответственности. В связи с тем, что преступление рассматривается как поведение определенного лица, совершенное в форме действия или бездействия, возникает необходимость установить конкретный субъект преступления. Существует много разных мнений относительно определения правонарушителя в гражданском праве как субъекта ответственности. Представляется предпочтительным, чтобы субъектом гражданского правонарушения являлось само юридическое лицо, а именно организация, действующая в гражданском обороте от своего имени и отвечающая своим имуществом долгами .

Ответственность юридических лиц гражданского характера является своего рода общим понятием, которое также охватывает поведение отдельных лиц. Подавляющее большинство ответственности юридического лица составляет собственность. Однако ответственность может принимать другую форму — неимущественное, например, в защите деловой репутации.

Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ) в ст. 49 устанавливает разную правоспособность юридических лиц. Законодатель определяет, что коммерческие организации могут иметь гражданские права и нести обязанности, необходимые для осуществления запрещенной деятельности, исключением из этого правила являются унитарные предприятия. Необходимо обратить внимание на право оперативного управления и хозяйственного ведения, которые представляют собой особый вид имущественных прав, неизвестных развитому правопорядку. Под хозяйственным управлением понимается право владеть, пользоваться, распоряжаться имуществом собственника в пределах, установленных законом (статья 294 ГК РФ). Оперативное управление – владение, пользование имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжение этим имуществом с согласия владельца этого имущество (статья 296 ГК РФ). В связи с этим можно констатировать, что ответственность юридических лиц, имеющих имущество на основе хозяйственного или оперативного управления, имеет особенности, обусловленные спецификой его правоспособности .

Типичным случаем ответственности юридического лица является его неисполнение обязательств. В истории формы ответственности должников носили иной характер. В древние времена ответственность носила даже личный характер, и если должник не выполнял возложенное на него обязательство, к нему могли применяться меры воздействия, направленные непосредственно на его личность. Указания на такую личную ответственность содержатся в указе XII таблиц Рима. В процессе разработки законодательства о неисполнении обязательств должники стали отвечать не личностью, а имуществом.

Сегодня юридические лица несут именно имущественную ответственность, а эта ответственность обусловлена экономической составляющей. Общим признаком существующих мер гражданской ответственности является их имущественный характер (денежный или натуральный), который компенсирует убытки юридического лица, связанные с нарушением его прав и интересов, а также тот факт, что они являются результатом государственного принуждение.

Гражданская ответственность характеризуется принуждением к соблюдению требований законодательства и обязательств посредством государственных мер. Ответственность применяется органами, уполномоченными осуществлять ее в пределах своей компетенции, и заключается в наложении на нарушителя санкций, установленных нормативными правовыми актами, что влечет за собой неблагоприятный результат для должника. Ответственность гражданско-правового характера носит компенсационный характер и предполагает полную компенсацию за ущерб или ущерб. Кроме того, в динамике гражданского оборота гражданско-правовая ответственность принимает различные формы или виды и имеет стимулирующее значение. Более того, реализация ответственности на добровольной основе не меняет своего характера. Так, совершение правонарушения юридическим лицом и последующие санкции за это напрямую влияют на экономические показатели деятельности организации, в частности, на ее прибыль .

Следовательно, гражданско-правовая ответственность юридических лиц влияет на владельцев организации (акционеров, учредителей, участников), на принятие специальных мер по обеспечению выполнения должностными лицами действующих правовых норм и, тем самым, по предотвращению возможных экономических потерь юридического лица. в виде штрафов. Кроме того, бремя негативных последствий юридического лица сказывается на самих чиновниках. Воздействие на них может иметь имущественный (снижение заработной платы, потеря премии), организационный (расторжение трудового договора и увольнение) и моральный характер. Таким образом, гражданско-правовая ответственность юридических лиц затрагивает как владельцев, так и должностных лиц этой организации и преследует цель обеспечить, чтобы действующие правовые нормы следовали последним, избегая тем самым возможных экономических потерь юридического лица.

Трактовка положений ГК РФ, в частности, ст. 56 ГК РФ, дает возможность говорить о том, что юридические лица являются субъектами гражданско-правовой ответственности. Наряду с этим, необходимо отметить, что непосредственно правовой статус учредителей юридического лица отделяется от него самого, обладающего независимым правовым положением. Под организацией при этом подразумевается установленная в соответствии с законодательством определенная структура, которая обладает конкретной организационно-правовой формой и выступает в роли самостоятельного субъекта гражданско-правовых отношений. Исходя из вышеизложенного, есть основания говорить о том, что юридическое лицо является участником гражданских правоотношений (на уровне физических лиц) .

Гражданско-правовая ответственность юридических лиц рассматривается в качестве родового понятия, которое вбирает в себя и поведение физических лиц. В большинстве своем, ответственность юридического лица характеризуется имущественным характером. Но также ответственность может обладать и неимущественной формой (к примеру, в случае с защитой деловой репутации) .

Исходя из положений ст. 56 ГК РФ мы можем говорить о том, что юридические лица могут быть привлечены к ответственности: выступая в роли учредителя, собственника имущества иного юридического лица. Подобного рода ответственность должна предусматриваться гражданским законодательством; в случае неисполнение или ненадлежащего исполнения договора (договорная ответственность); в случае причинения вреда, в большей части случаев, который не связан с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств (внедоговорная ответственность).

Важно учитывать, что вред может причиняться имуществу потерпевшее стороны (в данном случае – и физическому, и юридическому лицу), жизни и здоровью физического лица. Также отметим, что юридическое лицо будет привлечено к ответственности в соответствии с общим правилом в размере причиненных убытков или вреда, исходя из п. 1 ст. 15, ст. 393 и ст. 1064 ГК РФ . Тем не менее, наступление ответственности имеет место быть и при отсутствии убытков – например, это может быть взыскание неустойки, в случае с которой кредитор согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ не обязан доказывать размер убытков.

В случае с внедоговорной ответственностью возникает прямо противоположная ситуация, при которой закон или договор может устанавливать обязанность причинителя вредя выплачивать потерпевшей стороне компенсацию, размером выше, нежели возмещение вреда (исходя из п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Таким образом, деликтоспособность юридического лица – это способность самостоятельно нести ответственность за совершенные гражданские правонарушения. Положения об основных принципах ответственности юридического лица по своим обязательствам основываются на самостоятельном правовом статусе юридического лица и необходимости обеспечения интересов его кредиторов.

Правовой основой деликтоспособности юридических лиц является ст. 56 ГК РФ. Имея автономное имущество, юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом (п. 1 ст. 56) – это основной принцип ответственности юридического лица по своим обязательствам, основывающийся на самостоятельном правовом статусе юридического лица и необходимости обеспечения интересов его кредиторов .

Согласно указанному принципу юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом независимо от того, к каким видам и фондам это имущество относится, выполняет ли оно функции основных или оборотных средств (капитала), является ли движимым или недвижимым, состоит ли в денежных средствах в наличной или безналичной форме, ценных бумагах или долях участия и т.д.

С действием этого принципа связана предусмотренная ст. 65 ГК возможность ликвидации юридического лица вследствие признания его несостоятельным (банкротом).

В контексте рассмотрения вопроса о понятии ответственности юридического лица, необходимо подчеркнуть, что конструкция юридического лица, как отмечается в литературе, предназначена для «ограничения риска ответственности по долгам и более эффективного использования капитала (имущества), в том числе при его объединении учредителями (участниками)» . В этой связи положения ст. 56 ГК РФ, закрепляющие принцип ограниченной ответственности юридического лица и исключения из него, наиболее отчетливо демонстрируют сущность юридической личности.

Позиция Конституционного Суда Российской Федерации, обозначенная в Постановлении от 08.12.2017 № 39-П ставит вопрос о пределах самостоятельности юридического лица. Это, в свою очередь, влечет необходимость отметить, что все имеющиеся теории, раскрывающие суть юридического лица, могут быть сведены к двум концепциям:

1) юридическое лицо само по себе не является самостоятельным субъектом, а выступает лишь способом выражения воли истинных субъектов права — физических лиц (теория фикции);

2) юридическое лицо признается самостоятельным субъектом права, выражающим свою волю (теория реального субъекта).

Как справедливо указал Дж.Ф. Дейзер, названные противоположные точки зрения лежат в основе всех иных воззрений на сущность юридического лица, которые, как правило, являются производными от них .

Анализ обоих концептов позволяет сделать вывод о том, что они предполагают неодинаковые механизмы привлечения юридического лица к ответственности. Если исходить из того, что юридическое лицо – это реальный субъект, то фактически к ответственности может быть привлечено только оно само. Если же воспринимать юридическое лицо как некое фиктивное образование, то разрешение вопроса об ответственности будет сопряжено с оценкой действий «наполняющих» его лиц, которые принимают соответствующие решения. Между тем нормативное закрепление конструкции юридического лица в российском законодательстве, а также практика его реализации ставят вопрос о характере применяемой концепции и последовательности регламентации его статуса .

Исходя из вышеизложенного, можно говорить о том, что гражданско-правовая ответственность юридических лиц оказывает свое влияние непосредственно на собственников и должностных лиц организации, ставя своей целью обеспечение выполнения действующих норм права со стороны последних, тем самым не допуская возможных потерь юридического лица, прежде всего, экономического характера.

Таким образом, существует ряд проблем в применении гражданско-правовой ответственности юридических лиц, в связи с чем, действительно виновные в нарушении обязательств избегают ответственности. Установление специальных норм в законодательстве, регулирующих порядок обращения за защитой гражданских прав, помогло бы разрешить ситуацию.

ОБОБЩЕНИЕ ВОПРОСОВ,
ВОЗНИКАЮЩИХ В НОТАРИАЛЬНОЙ ПРАКТИКЕ ПРИ ПРИМЕНЕНИИ
ОТДЕЛЬНЫХ НОРМ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ ОБЩЕСТВАХ
С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ»

(извлечение)

Обобщение составлено по наиболее актуальным вопросам, содержащимся в обращениях нотариальных палат субъектов Российской Федерации, о применении отдельных норм Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции от 27 декабря 2009 года N 352-ФЗ (далее — Федеральный закон), поступивших в Федеральную нотариальную палату в период с 15 ноября 2009 года по 31 марта 2010 года, не вошедшим в Рекомендации по применению отдельных положений Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (опубликованы в журнале «Нотариальный вестникъ» N 12, 2009).

О полномочиях доверительного управляющего, осуществляющего управление долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью в порядке статьи 1173 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ)

Доверительное управление наследством как одна из мер по охране наследственного имущества и управлению им принимается нотариусом в целях защиты прав наследников (пункты 1, 2 статьи 1171 ГК РФ). Таким образом, основная задача доверительного управления наследством состоит в сохранении имущества наследодателя, перешедшего наследникам.

В соответствии со статьей 1173 ГК РФ доверительное управление учреждается, если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления. Доверительное управление наследственным имуществом вводится на период, в течение которого наследники не имеют возможности самостоятельно управлять определенным имуществом, перешедшим к ним по наследству. К такому имуществу относятся, в том числе, и доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (далее — доля в уставном капитале общества), поскольку права наследников в отношении указанных долей не могут быть подтверждены документально в течение срока, установленного для принятия наследства.

К отношениям по доверительному управлению наследством применяются правила, предусмотренные главой 53 Гражданского кодекса Российской Федерации «Доверительное управление имуществом», если иное не предусмотрено законом и не вытекает из существа таких отношений (пункт 2 статьи 1026 ГК РФ). В обозначенной главе ГК РФ определено, что доверительный управляющий осуществляет полномочия собственника в отношении имущества, являющегося объектом доверительного управления: ему предоставлено право совершать любые фактические и юридические действия с имуществом, переданным ему в доверительное управление. При этом, управляя имуществом, он действует от своего имени и приобретает соответствующие права и обязанности своей волей (пункты 2, 3 статьи 1012 ГК РФ, пункт 1 статьи 1020 ГК РФ). Исходя из содержания положений статьи 1022 ГК РФ (пункт 2), перед третьими лицами доверительный управляющий выступает как собственник переданного ему в управление имущества, наделенный всеми правами в отношении этого имущества в совокупности.

Деятельность доверительного управляющего определяется исключительно интересами выгодоприобретателя (пункты 1, 2 статьи 1012 ГК РФ). Гражданским кодексом Российской Федерации (пункт 1 статьи 1022) предусмотрена ответственность доверительного управляющего в случае, если он не проявил должной заботливости об интересах выгодоприобретателя.

Таким образом, доверительный управляющий, осуществляя полномочия собственника наследственного имущества, переданного ему в доверительное управление, вправе совершать по своему усмотрению те или иные виды действий в отношении этого имущества в целях обеспечения его сохранности или сохранения стоимости.

Доля в уставном капитале общества как один из видов имущества содержит в себе комплекс прав и обязанностей лица, которому принадлежит такая доля. В их числе не только имущественные права (принятие участия в распределении прибыли, продажа или осуществление отчуждения иным образом своей доли в уставном капитале общества, получение в случае ликвидации общества части имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимости), но и корпоративные права и обязанности, вытекающие из статуса участника общества (участие в управлении делами общества, включая присутствие на общем собрании участников общества, обсуждение вопросов повестки дня собрания, голосование при принятии решений; реализация права преимущественной покупки доли другого участника общества или отказ от реализации данного права; дача согласия на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам, получение информации о деятельности общества и право ознакомления с его бухгалтерскими книгами и иной документацией).

Вытекающие из права на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью имущественные и корпоративные права участника общества с ограниченной ответственностью неразрывно связаны друг с другом и реализуются в совокупности. Представляется, что формальное отделение имущественных прав участника общества с ограниченной ответственностью от его корпоративных прав нарушает целостность доли в уставном капитале общества как самостоятельного объекта гражданских прав.

Таким образом, при передаче в доверительное управление доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью доверительный управляющий как лицо, имеющее право осуществлять любые права собственника имущества, переданного ему в управление, может быть наделен на период доверительного управления наряду с имущественными правами также и корпоративными правами участника общества с ограниченной ответственностью, что в полной мере соответствует главной цели доверительного управления — защите прав выгодоприобретателей.

Посредством участия в управлении обществом доверительный управляющий, обладая правами его участника, может оказывать реальное влияние на происходящие в обществе процессы, в том числе своевременно препятствовать принятию решений, не отвечающих интересам выгодоприобретателей, и обеспечивать сохранение стоимости соответствующей доли.

Статьей 1012 ГК РФ (абзац 2 пункта 2) предусмотрена возможность установления в договоре доверительного управления отдельных ограничений в отношении полномочий доверительного управляющего. Однако необходимо иметь в виду, что добросовестно действующий доверительный управляющий с учетом характера имущества, переданного в управление, и иных факторов (в том числе курса валют, состояния определенных рынков, общей экономической ситуации и т.п.) определяет, какие меры необходимо и достаточно предпринять для сохранения переданного в доверительное управление имущества или сохранения его стоимости. Поскольку нотариус не является специалистом в области управления имуществом, представляется нецелесообразным устанавливать ограничения в отношении отдельных действий доверительного управляющего по управлению наследственным имуществом в учреждаемом нотариусом договоре доверительного управления.

По договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.

Договор доверительного управления имуществом является одним из видов управления имуществом. Кроме договорного управления имуществом существует управление на основе закона (ст. 1026 Гражданского кодекса). Это новый вид договора для отечественного законодательства.

Характеристика договора доверительного управления имуществом: реальный; может быть как возмездным, так и безвозмездным; взаимным в случае, если он является возмездным; может быть как свободным, так и обязательным; может быть как в пользу учредителя доверительного управления, так и в пользу лица, назначенного им.

Регулируется данный договор только Гражданским кодексом РФ (ст. 1012–1026).

В качестве учредителя доверительного управления имуществом могут выступать:

  • любой собственник имущества (в отношении своего имущества – ст. 1014 Гражданского кодекса);
  • лицо, уполномоченное законом:

    а) орган опеки и попечительства (в отношении имущества недееспособного лица);
    б) арбитражный суд (в отношении имущества лица, признанного банкротом);
    в) наследодатель в отношении своего имущества (путем назначения душеприказчика в своем завещании – ст. 1026 Гражданского кодекса);
    г) авторы произведений науки, искусства, литературы, а также создатели объектов смежных с авторскими прав в отношении своих имущественных прав относительно произведений, созданных ими.

В качестве доверительного управляющего имуществом управления, основанного на договоре, могут выступать только предприниматели как коллективные (коммерческие юридические лица), так и индивидуальные. В случаях когда доверительное управление основано на законе, в роли доверительного управляющего могут выступать любые граждане и некоммерческие организации, за исключением учреждений, государственных органов и органов местного самоуправления (п. 1, 2 ст. 1015 Гражданского кодекса).

В качестве выгодоприобретателя могут выступать любые лица, назначенные учредителем доверительного управления, за исключением доверительного управляющего (п. 3 ст. 1015 Гражданского кодекса). Количество их не ограничивается.

  • Элементы договора доверительного управления имуществом
  • Содержание договора доверительного управления имуществом

31.10.2011 8132

Следует отметить особенность ответственности в рассматриваемом институте. В обязательстве по доверительному управлению имуществом различают два вида ответственности. Первый вид носит договорный характер и касается ответственности сторон договора друг перед другом. Второй вид имеет отношение к ответственности сторон перед третьими лицами.

В первом виде ответственности выделяется ответственность доверительного управляющего, предусмотренная п. 1 ст. 1022 ГК РФ. Указанная норма предусматривает, что доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления, возмещает выгодоприобретателю упущенную за время доверительного управления имуществом выгоду, а учредителю управления — ущерб, причиненный утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду (абз. 1 п. 1 ст. 1022 ГК РФ).

Доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления (абз. 2 п. 1 ст. 1022 ГК РФ).

Указанные положения об ответственности доверительного управляющего вызвали многочисленные критические замечания в юридической литературе. Основным противоречием, как отмечают многие авторы, является противоречие между абз. 1 п. 1 ст. 1022 и абз. 2 п. 1 ст. 1022 ГК РФ: в первом случае речь идет об отсутствии должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя, то есть о виновной ответственности. Во втором случае доверительный управляющий освобождается от ответственности только при наличии обстоятельств непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя, то есть об ответственности без вины. На наш взгляд, следует согласиться с мнением, выраженным М.И. Брагинским и В.В. Витрянским. По их мнению, в абз. 1 п. 1 ст. 1022 ГК РФ говорится не о вине (или невиновности) доверительного управляющего, а определяется основание его ответственности, а также формы такой ответственности. Напротив, нормы абз. 2 п. 1 ст. 1022 ГК РФ представляет собой специальное правило об особых основаниях освобождения доверительного управляющего от ответственности за ненадлежащее исполнение им обязательства.

Авторы, комментирующие нормы о доверительном управлении имуществом, отмечают, что ответственность доверительного управляющего является повышенной, поскольку она простирается до пределов непреодолимой силы, что означает, что управляющий отвечает за убытки, как возникшие по его вине, так и в силу случая. Например, если убытки имуществу причинены в результате пожара, возникшего по вине третьих лиц; по вине транспортного предприятия, осуществлявшего транспортировку имущества, находящегося в доверительном управлении, по вине хранителя имущества или депозитария, осуществлявшего хранение сертификатов ценных бумаг, и т. п.

Таким образом, закон исходит из того, что доверительный управляющий имеет статус профессионального предпринимателя, и в связи с этим на него распространяется общее правило о повышенной ответственности предпринимателя (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Для того, чтобы освободиться от ответственности, доверительному управляющему необходимо доказать, что убытки возникли по вине учредителя или выгодоприобретателя, либо в результате воздействия непреодолимой силы. Например, убытки могут быть вызваны указаниями органа опеки и попечительства, исполнение которых согласно договору обязательно для управляющего. Для того, чтобы освободиться от ответственности за причинение убытков в силу п. 1 ст. 1022 ГК РФ, доверительный управляющий, во-первых, должен сослаться на неправомерные действия выгодоприобретателя или учредителя управления, либо на обстоятельства, квалифицируемые как непреодолимая сила (подтвердить, что они имели место), а во-вторых, должен доказать причинную связь между указанными действиями (обстоятельствами) и вредом.

В соответствии с п. 1 ст. 1022 ГК РФ доверительный управляющий должен возместить учредителю убытки в полном объеме, то есть реальный ущерб и упущенную выгоду, а выгодоприобретателю — лишь определенную часть причиненных убытков, а именно — упущенную выгоду (см. ст. 15 ГК РФ).

Гражданский кодекс Российской Федерации не предусматривает ответственности учредителя управления, за исключением п. 2 ст. 1019 ГК РФ, в котором предусмотрено, что если доверительный управляющий не был предупрежден о том, что передаваемое ему в доверительное управление имущество обременено залогом, он не знал о факте такого обременения, то он вправе требовать в суде расторжения договора и уплаты вознаграждения со стороны учредителя за один год. Бремя доказывания того, что управляющий знал о залоге имущества, возлагается на учредителя управления. В свою очередь, доверительный управляющий обязан доказать, что он не знал и в силу обстоятельств, профессиональной деятельности не должен был знать о существовавшем залоге. Законом, иными правовыми актами или соглашением сторон могут быть предусмотрены случаи ответственности учредителя управления.

Ответственность перед третьими лицами, как второй вид ответственности в доверительном управлении, наступает в тех случаях, когда доверительный управляющий совершает сделки по управлению имуществом с превышением своих полномочий или с нарушением, установленных для него ограничений (п. 2 ст. 1022 ГК РФ). Ограничения для доверительного управляющего могут быть предусмотрены действующим законодательством или определены в договоре. Закон в этих случаях предусматривает личную ответственность доверительного управляющего. Согласно ст. 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от другого лица или при превышении таких полномочии, сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Если участвующие в сделке третьи лица не знали и не должны были знать о превышении полномочий или об установленных ограничениях (например, доверительный управляющий не проставил в договорах или иного рода письменных документах помету «Д.У.»), то они имеют право требовать удовлетворения своих притязаний за счет имущества, находящегося в доверительном управлении. В случае недостаточности этого имущества взыскание может быть обращено на имущество доверительного управляющего, а при недостаточности и его имущества предусматривается субсидиарная ответственность учредителя, поскольку взыскание может быть обращено на имущество учредителя управления, не переданное в доверительное управление (п. 2 и 3 ст. 1022 ГК РФ). Учредитель управления в порядке регресса может в последнем случае потребовать от доверительного управляющего возмещения понесенных им убытков.

Вопросы применения мер ответственности по ст. 1022 ГК РФ рассмотрены судом в постановлении ФАС Дальневосточного округа от 14 апреля 2003 г. № Ф03-А73/03-1/555: при отсутствии имущества, находившегося в доверительном управлении у ОАО «Дальэлек-тронсервис», за счет которого возможно было бы удовлетворить требования кредитора — МУП «Водоканал» о взыскании задолженности, судом был сделан вывод о возложении гражданско-правовой ответственности на доверительного управляющего. При этом судом отказано в удовлетворении требований в отношении Министерства имущественных отношений Хабаровского края и освобождении его от субсидиарной ответственности как учредителя управления, являющегося собственником данного имущества, поскольку подтверждено, что ОАО «Дальэлектронсервис» как доверительный управляющий имеет личное имущество, достаточное для погашения долговых обязательств.

Как отмечает В.В. Витрянский, ответственность доверительного управляющего (личным имуществом), а затем и субсидиарная ответственность учредителя управления (имуществом, не переданным в доверительное управление) установлены как будто бы по отношению к «ответственности» обособленного имущества, переданного в доверительное управление. Конечно же, такая ситуация породила множество проблем при толковании положений Гражданского кодекса РФ об ответственности по договору доверительного управления имуществом.

Так, В.В. Чубаров указывает: «Такая сложная структура ответственности ставит ряд вопросов. Один из них — кто же все-таки несет ответственность в том случае, когда в отношения с третьими лицами вступает доверительный управляющий, а долги в конечном итоге погашаются за счет имущества учредителя, хотя и переданного управляющему? Думается, что бремя ответственности в этом случае возлагается на учредителя управления (собственника имущества), однако в процессуальном плане и он, и доверительный управляющий должны привлекаться к делу в качестве соответчиков».

По мнению Е.А. Суханова, в данном случае имеет место «двухступенчатая система субсидиарной ответственности», и данное обстоятельство объясняется тем, что «именно управляющий, использующий чужое имущество, должен в первую очередь нести ответственность по образовавшимся в связи с этим долгам, а при недостаточности его имущества к субсидиарной ответственности может быть привлечен учредитель, поскольку именно в его интересах управляющим совершались соответствующие сделки».

Согласимся с мнением М.И. Брагинского и В.В. Витрянского, которые указывают, что «погашение долгов по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, за счет этого имущества отнюдь не свидетельствует о возложении бремени ответственности на учредителя управления (собственника имущества), как полагает В.В. Чубаров. Погашение долгов по обязательствам вообще не представляет собой ответственность, а является исполнением этих обязательств. Поэтому вполне естественно, что погашение указанных долгов производится за счет имущества, переданного в доверительное управление, поскольку это вытекает из императивной нормы, содержащейся в п. 2 ст. 1020 ГК РФ, согласно которой обязанности, возникшие в результате действий доверительного управляющего по управлению доверенным ему имуществом, исполняются за счет этого имущества.

При недостаточности имущества, переданного в доверительное управление, долги по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, не могут быть погашены, т.е. соответствующее обязательство перед третьими лицами не исполняется доверительным управляющим либо исполняется им ненадлежащим образом. А неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства является правонарушением, которое, в свою очередь, признается основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности. Такая ответственность возлагается на доверительного управляющего, что также вполне естественно, поскольку именно управляющий совершает соответствующие сделки и выступает в качестве стороны обязательства (в данном случае — должника), так как в имущественном обороте он действует от своего имени. При этом ответственность, возлагаемая на доверительного управляющего, не является субсидиарной, он отвечает в качестве должника по обязательству перед кредитором.

Субсидиарной можно признать лишь ответственность учредителя доверительного управления имуществом по отношению к ответственности доверительного управляющего по обязательствам, возникшим при осуществлении последним доверительного управления имуществом. Причем в отличие от общего порядка применения субсидиарной ответственности по гражданско-правовым обязательствам (ст. 399 ГК РФ) учредителя доверительного управления можно привлечь к субсидиарной ответственности лишь при том условии, что у доверительного управляющего недостаточно имущества, на которое кредиторы по его обязательствам, возникшим при осуществлении доверительным управляющим управления имуществом, могли бы обратить взыскание.

Следовательно, кредиторы доверительного управляющего могут предъявить свои требования к учредителю управления лишь при том условии, что они до этого предъявляли иски к доверительному управляющему и предпринимали попытки обратить взыскание по решению суда на имущество доверительного управляющего. Поэтому учредитель доверительного управления не может выступать в качестве соответчика доверительного управляющего по делу, рассматриваемому судом на основании иска кредитора (третьего лица), предъявленного к доверительному управляющему. Кроме того, очевидно, что учредитель доверительного управления не является субсидиарным ответчиком второй очереди (поскольку доверительный управляющий отвечает как должник в обязательстве), да и сама схема ответственности доверительного управляющего и учредителя управления по обязательствам, возникшим в ходе осуществления доверительного управления имуществом, вряд ли может быть признана «двухступенчатой системой субсидиарной ответственности» (поскольку субсидиарный характер носит только ответственность учредителя доверительного управления, но не доверительного управляющего).

Учитывая риск учредителя доверительного управления, который может быть привлечен к ответственности по обязательствам доверительного управляющего, в договоре доверительного управления имуществом может быть специально предусмотрено предоставление доверительным управляющим залога в обеспечение возмещения убытков, которые могут быть причинены учредителю управления или выгодоприобретателю ненадлежащим исполнением договора доверительного управления (п. 4 ст. 1022 ГК РФ).

Рассмотрим особенности ответственности сторон по договорам доверительного управления имуществом, заключаемых по основаниям, предусмотренным законом.

По договору доверительного управления наследством в случае непроявления доверительным управляющим должной заботливости об интересах выгодоприобретателей (наследников) убытки должны возмещаться им в пользу наследников, а не учредителя управления (нотариуса). Ведь нотариус не является собственником передаваемого в управление имущества. Он лично не несет никаких убытков от утраты или повреждения наследственного имущества и не получает выгоду от его использования. Но нотариус является кредитором в обязательстве доверительного управления наследством и имеет право требовать от доверительного управляющего (должника) надлежащего исполнения им своих обязательств по управлению наследственным имуществом в интересах наследников. В случае неисполнения доверительным управляющим обязательства убытки, причиненные утратой или повреждением наследственного имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенная выгода могут возмещаться им непосредственно нотариусу, который внесет полученные средства в депозит. Указанные денежные средства, находящиеся на депозите у нотариуса, можно рассматривать в качестве составной части управляемой массы.

Особенности, вытекающие из существа договора доверительного управления по основаниям, предусмотренным законом, создают определенные сложности при применении п. 3 ст. 1022 ГК РФ.

Правило о том, что в случае недостаточности имущества, переданного в доверительное управление, а также имущества доверительного управляющего взыскание может быть обращено на имущество учредителя управления, не переданное в доверительное управление, применительно к договору доверительного управления наследственным имуществом не соответствует существу указанного договора. Следует учитывать, что указанный договор может быть заключен нотариусом по инициативе, например, одного из наследников или по инициативе лиц, не являющихся наследниками. В этом случае к указанным правоотношениям неприменим п. 3 ст. 1022 ГК РФ в части, предусматривающей ответственность учредителя управления.

По мнению Н.И. Остапюк, принимая во внимание возможность причинения убытков в случае ненадлежащего исполнения доверительным управляющим договора доверительного управления наследственным имуществом, нотариусу следует настаивать на включении в договор условия о предоставлении доверительным управляющим залога в обеспечение исполнения своих обязательств.

Аналогичная ситуация возникает в тех случаях, когда учредителями управления являются органы опеки и попечительства. Если управляющий имуществом подопечного или безвестно отсутствующего лица допустил возникновение гражданско-правовой ответственности и к нему предъявлено соответствующее требование, то обращение взыскания должно ограничиваться имуществом, закрепленным в управлении, и имуществом самого управляющего. Таким образом, к данным правоотношениям также не применяются положения п. 3 ст. 1022 ГК РФ в части ответственности учредителя управления.

Необходимо отметить, что учредитель управления в данных случаях не имеет права требовать от управляющего возмещения убытков в порядке п. 1 ст. 1022 ГК РФ. Орган опеки и попечительства, нотариус вправе потребовать от управляющего возмещения убытков в пользу выгодоприобретателя (то есть самого подопечного или наследников). В то же время при управлении имуществом безвестно отсутствующего лица такими полномочиями должны быть наделены лица, обладающие правами требования к отсутствующему лицу. При этом они не всегда могут быть указаны в договоре доверительного управления как выгодоприобретатели.

Не решенным в законодательстве остается вопрос о том, несут ли учредители управления договора доверительного управления имуществом по основаниям, предусмотренным законом, ответственность за отчуждение имущества управляющим, и какова должна быть мера указанной ответственности. Действительно, нотариус, исполнитель завещания, органы опеки и попечительства, не являясь собственниками имущества, должны по своему усмотрению определить имущественный интерес наследников и подопечных и решить, в чем будет заключаться указанный интерес: лишь в сохранности имущества или отчуждении и возможно преувеличении стоимости переданного в управление имущества. На указанную проблему также обращает свое внимание Б.А. Борзенко: «…уже имеющаяся практика показывает, что претензии к нотариусу — учредителю управления — наследники предъявляют как при широких полномочиях управляющего, необоснованно, по их мнению, распродавшего имущество, так и в случае, когда нотариус из благих побуждений ограничил управляющего, который в последующем не смог, следуя конъюнктуре рынка, вовремя реализовать имущество в интересах наследников».

На наш взгляд, для органов опеки и попечительства должна быть предусмотрена ответственность в тех случаях, когда в соответствии со ст. 37 ГК РФ орган опеки и попечительства выдает доверительному управляющему разрешение на отчуждение имущества, переданного в управление. Полагаем, что норма о таком виде ответственности должна быть следующего содержания: «В том случае, если в результате сделки, совершенной по письменному согласию органа опеки и попечительства, доверительным управляющим было отчуждено имущество подопечного, либо совершены иные сделки, направленные на уменьшение его имущества, и при этом существенно ухудшилось материальное положение подопечного, то солидарную ответственность несут орган опеки и попечительства и доверительный управляющий».

Оставьте комментарий