Охрана ценностей

46

№ 2 (5) 2015 ПРАВОПОРЯДОК: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА

УДК 343.3/.7+342.92

А. И. Сумачев, А.С. Черепашкип

A. Sttmachev, A. Cherepashkin

ОХРАНА КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ (ОБЪЕКТОВ КУЛЬТУРНОГО Н АСЛ ЕДИЯ): АДМ И Н ИСТРАТИ ВНО-П РА ВОВОЙ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АСПЕКТЫ

(‘татья посвящена исследованию действующего административно-правового и уголовно-правового режимов охраны культурных ценностей в Российской Федерации. На основе анализа законодательства и правоприменительной практики в области охраны культурных ценностей (объектов культурного наследия), выявлены проблемы законодательного регулирования такой охраны. Предложены конкретные меры теоретико-приюадного характера в части охраны культурных ценностей (объектов культурного наследия).

Ключевые слова: культурное наследие, археологическое наследие, культурные ценности, правонарушение, преступление, охрана.

PROTECTION OF CULTURAL PROPERTY (CULTURAL HERITAGE): ADMINISTRAT1VE-AND-LEGAL AND CRIMINAL-AND-LEGAL ASPECTS

Keywords: cultural heritage, archeological heritage, cultural values, wrong-doing, crime, protection.

Но вдаваясь в дискуссию, сразу определим, что под культурными ценностями (объектами культурного наследия) мы понимаем движимые и недвижимые материальные предметы (вещи, имущество), памятники истории и культуры, которые созданы трудом человека, являются единственными и неповторимыми в своем роде предметами (уникальными), исключительными по своим художественным и другим качествам, изготовлены в прошедшую эпоху ручным способом, в индивидуальном порядке, в связи с чем обладают большой редкостью и представляют историческую, художественную, научную, культурную, музейную или иную ценность, кроме того обладают повышенной потребительской стоимостью, а равно общественной или госу дарственной значимостью.

При этом, как представляется, особое место в системе правового режима охраны ку льту рных ценностей занимают Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) и Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ) (а равно соответствующее законодательство об административной ответственности субъектов Российской Федерации, например. Кодекс Тюменской области об административной ответственности).

В рамках федерального законодательства об административных правонарушениях (КоАП РФ) следует вести речь о ст. 7.13 «Нарушение

требований сохранения, использования и охраны объектов ку льту рного наследия (памятников истории и культуры) федерального значения, их территорий и зон их охраны», ст. 7.14 «Проведение земляных, строительных и иных работ без разрешения государственного органа охраны объектов ку льтурного наследия», ст. 7.15 «Ведение археологических разведок и раскопок без разрешения», ст. 7.33 «Уклонение от передачи обнару женных в резу льтате археологических полевых работ ку льтурных ценностей на постоянное хранение в государственну ю часть Музейного фонда Российской Федерации» КоАП РФ. Стоит заметить, что законодательство су бъектов Российской Федерации также устанавливает ответственность за правонару шения в данной сфере. Так, например. Кодекс Тюменской области об административной ответственности предусматривает административнуюю ответственность за «Нарушение требований по сохранению, использованию и охране объектов культурного наследия (памятников истории и ку льтуры) регионального и местного (му ниципального) значения, их территорий и зон их охраны» (ст. 3.12).

УК РФ, в свою очередь, предусматривает ответственность за «Хищение предметов, имеющих особу ю ценность» (ст. 164), «Невозвращение на территорию Российской Федерации ку льтурных ценностей» (ст. 190), «Уничтожение или повреждение объектов культурного наследия

ПРАВОПОРЯДОК: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА № 2 (5) 2015

(памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства. или культурных ценностей» (ст. 243), «Нарушение требований сохранения или использования объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, либо выявленных объектов культурного наследия» (ст. 243-1), «Незаконные поиск и (или) изъятие археологических предметов из мест залегания» (ст. 243-2).

Вместе с тем анализ законодательства и правоприменительной практики в области правовой охраны культурных ценностей свидетельствует о некоторых проблемах законодательного регулирования такой охраны.

В частности, ст. 7.14-1 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, в том числе выявленных объектов культурного наследия. В свою очередь, ст. 243 УК РФ описывает практически схожий состав преступления: «Уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и ку льтуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выявленных объектов ку льту рного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей». «Развести» данные составы весьма проблематично, ввиду того, что предмет правонарушения и преступления порой совпадают, а размер «у ничтоженного или поврежденного» объекта культурного наследия для нужд КоАП РФ и УК РФ не определен, как, например, это сделано для нужд ст. 7.13 КоАП РФ «Нару шение требований сохранения, использования и государственной охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, их территорий либо несоблюдение ограничений, установленных в границах их зон охраны» и ст. 243-1 УК РФ «Нарушение требований сохранения или использования объектов культурного наследия (памятников истории и культуры)

народов Российской Федерации, включенных в единый госу дарственный реестр объектов ку льтурного наследия (памятников истории и ку льтуры) народов Российской Федерации, либо выявленных объектов культурного наследия» (в последнем случае уничтожение или повреждение объекта культурного наследия должно быть в крупном размере).

Стоит еще указать на несколько неоднозначное отношение ученых к вопросу вины в части повреждения или уничтожения объектов культурного наследия. Дело в том, что ст. 243 УК РФ традиционно считают специальной нормой по отношению к ст. 167 УК РФ «Умышленное уничтожение или повреждение имущества». Иными словами, деяния, предусмотренные ст. 243 УК РФ (и, соответственно, ст. 7.14-1 КоАП РФ), признают совершенными исключительно с у мышленной формой вины. В развитие данной идеи отмечается, что в УК РФ есть общая норма об уничтожении или повреждении иму щества по неосторожности (ст. 168 УК РФ), однако специальной нормы об у ничтожении или повреждении объектов культурного наследия по неосторожности нет. Можно сказать, что поскольку нет специальной у головно-правовой нормы, постольку применению подлежит общая норма, которой является ст. 168 УК РФ. Вместе с тем данная статья предусматривает «особые» способы у ничтожения или повреждения имущества по неосторожности — путем неосторожного обращения с огнем или иным источником повышенной опасности. Следовательно, «обычная» неосторожность, повлекшая уничтожение или повреждение объектов ку льту рного наследия, остается «за рамками» указанного состава. В итоге, в специальной литературе даже предлагалось дополнить главу 25 УК РФ («Преступления против здоровья населения и общественной нравственности») дополнить нормой следующего содержания:

«Статья___. Уничтожение или повреждение

ку льтурных ценностей по неосторожности

1. Уничтожение или повреждение культурных ценностей, если они совершены в отношении памятников истории и культуры общероссийского значения или предметов, имеющих особу ю ценность, по неосторожности.

наказываются штрафом в размере от ста до четырехсот минимальных размеров оплаты тру да или в размере заработной платы или иного дохода осу жденного за период от одного до пяти месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года.

2. Тс же деяния, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками

№ 2 (5) 2015 ПРАВОПОРЯДОК: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА

повышенной опасности либо повлекшие тяжкие последствия, —

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

наказываются штрафом в размере от четырехсот до семисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от пяти до девяти месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет» 15, с. 19|.

На наш взгляд, согласиться с данным предложением нельзя, поскольку законодатель, нс конкретизируя форму вины в деяниях, предусмотренных ст. 7.14-1 КоАП РФ и ст. 243 УК РФ (как. например, это сделано в ст. 167 и 168 УК РФ), тем самым предполагает возможность привлечения к ответственности как за умышленное, так и неосторожное уничтожение или повреждение объектов культурного наследия.

И еще на одном вопросе в части применения административно-правовых средств охраны культурных ценностей акцентируем внимание.

Объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного ст. 7.33 КоАП РФ, выражается в уклонении от передачи обнаруженных в результате археологических полевых работ культурных ценностей (включая антропогенные, антропологические, палеозоологические, палеоботанические и иные объекты, имеющие историко-культурную ценность) на постоянное хранение в государственную часть Музейного фонда Российской Федерации. В свою очередь, ч. 9. ст. 45 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» предусматривает, что физические и юридические лица, проводившие археологические полевые работы, в течение трех пет со дня выполнения работ обязаны передать все обнаруженные культурные ценности (включая антропогенные, антропологические, палеозоологические, палеоботанические и иные объекты, имеющие историко-культурную ценность) на постоянное хранение в государственную часть Музейного фонда Российской Федерации.

Уклонение от передачи обнаруженных в результате археологических полевых работ культурных ценностей на постоянное хранение в государственную часть Музейного фонда Российской Федерации означает умышленный отказ от такой передачи. Вместе с тем данный состав с точки зрения буквы закона нельзя вменять, если не истек пред} смотренный законом срок передачи (3 года). И здесь, на наш взгляд, следует определить правило, согласно котором} совершение умышленных действий, явно свидетельствующих о нежелании передавать культурные

ценности на постоянное хранение в государственную часть Музейного фонда РФ (например, оборудование специального хранилища для них, специального места в личной коллекции и т. п ), следует оценивать как правонарушение, предусмотренное ст. 7.33 КоАП РФ, независимо от того, истек трехлетний срок или нет.

Имеются некоторые проблемы теоретикоприкладного плана и в части уголовно-правовой охраны культурных ценностей. Так, среди ученых нет единства относительно объекта преступления, пред} смотренного ст. 164 УК РФ («Хищение предметов, имеющих особую ценность»), В частности, А.В. Гайдашов, основываясь на анализе действующего уголовного законодательства, отмечает «Отношения собственности являются родовым объектом преступлений против собственности, одним из которых является хищение предметов, имеющих особую ценность» |2, с. 58|. При этом он все-таки указывает, что «хищение культурных ценностей в силу их специфических свойств имеет дополнительный объект, включающий комплекс общественных отношений, затрагивающих материальную и духовную культуру общества, так как вред наносится не только отношениям собственности, но и веем} культурному достоянию страны» |2, с. 581. Однако в итоге А.В. Гайдашов указывает: «Непосредственным объектом хищения особо ценных предметов выступает конкретная форма собственности, нарушаемая преступлением» |2, с. 58-59|.

С.М. Кочои, Т.Р. Сабитов, В.П. Собченко подвергают такой вывод сомнению, указывая, что реальный ущерб от хищений предметов или док} ментов, имеющих особую ценность, причиняется в первую очередь нс ЭКОНОМИКС страны и не отношениям собственности, а комплекс} общественных отношений в области духовной культуры общества |3: 5; 6|. Более того, отдельные ученые утверждают, что «общественная нравственность» имеет приоритет перед государственной собственностью или личной собственностью граждан, и потом} юридическая оценка хищения памятников истории и культуры должна определяться именно этим объектом |4, с. 751.

Действительно, исходя из названия главы 21 УК РФ, видовым объектом преет} пления, предусмотренного ст. 164 УК РФ, является собственность, а, соответственно, предметом — чужое имущество, в отношении которого нс установлены специальные (как правило, ограничительного свойства) правила обращения (например, такие как для оружия и боеприпасов, наркотических и психотропных веществ, официальных ДОК} ментов и т. п ).

ПРАВОПОРЯДОК: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА № 2 (5) 2015

Однако по смыслу ст. 164 УК РФ предметом преступления являются предметы и ДОК} менты, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, то сеть такие вещи и документы, в отношении которых также установлены особые правила их обращения. Следовательно, логично будет предположить, что видовой объект посягательства, предусмотренного ст. 164 УК РФ, должен быть иной, нежели право собственности вообще. И здесь можно указать на некоторую непоследовательность законодателя, который, с одной стороны, относит уничтожение или повреждение объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (ст. 243 УК РФ) к преступлениям, посягающим на общественную нравственность, а, с другой — хищение предметов или док} ментов, имеющих ту же историческую или культурную ценность, к преступлениям против собственности (ст. 164 УК РФ).

Кроме того, вызывает обоснованные нарекания и объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ, которая выражается в хищении предметов, имеющих особую ценность, независимо от способа хищения (т. с. в форме кражи, мошенничества, присвоения, растраты, грабежа или разбоя). И здесь возникает закономерный вопрос об уголовно-правовой оценке завладения предметами, имеющими особую ценность, в форме вымогательства (нс хищения). С позиций действующего уголовного законодательства, такие действия следует квалифицировать по соответствующей части ст. 163 УК РФ, при этом полностью игнорируется значение предмета преступления (в нашем случае — предметов или документов, имеющих особую ценность). Для аналогичных случаев, но в отношении, например, ядерных материалов или радиоактивных веществ (ст. 221 У К РФ), оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 226 УК РФ), наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК РФ), одной нормой охватываются случаи и хищения, и вымогательства. Стоит поддержать высказанные в литературе предложения о расширении объективной стороны неправомерного завладения культурными ценностями за счет указания на вымогательство таковых |5; 6, с. 751.

Соответственно, выход из сложившейся ситуации видится в следующем:

ст. 164 УК РФ исключить;

глав} 25 УК РФ дополнить ст. 243-3 «Хищение либо вымогательство культурных ценностей».

Кроме того, здесь может возникать вопрос о субъектном составе хищения предметов, имеющих особую ценность. Дело в том, что у головная ответственность за данное престу пление наступает с 16-летнего возраста (ч. 2 ст. 20 УК РФ). Вместе с тем правоприменитель (в лице Верховного Суда Российской Федерации) нс говорит о возможности привлечения к у головной ответственности за хищение предметов, имеющих особу ю ценность, совершенных в форме кражи, грабежа и разбоя, с 14-летнего возраста. Дело в том, что у головная ответственность за кражу , грабеж и разбой «простого» иму щества наступает с 14-летнего возраста, в то время как хищение предметов, имеющих особую ценность, в форме кражи, грабежа и разбоя наказуемо с 16 лет. И вновь можно говорить о существенной недоработке законодателя в части охраны культурных ценностей.

В литературе была высказана точка зрения, согласно которой уголовная ответственность за совершение рассматриваемого престу пления, совершенного путем кражи, грабежа и разбоя, может насту пать с 14 лет, а за хищения, совершенные иным способом, — с 16 лет 11, с. 261. Принять таку ю позицию, значит нару шить принцип законности (ст. ЗУК РФ).

С другой стороны, нельзя признать справедливой точку зрения, согласно которой, если хищение предметов, имеющих особую ценность, совершено в форме кражи, грабежа и разбоя, а лицо достигло 14 лет, но не достигло до 16 лет, содеянное следует квалифицировать по статьям, преду сматривающим ответственность за кражу, грабеж или разбой «простого» имущества (ст. 158, 161, 162 УК РФ) 17, с. 781. Принятие и этой точки зрения противоречит принципу законности, согласно которому «применение уголовного закона по аналогии нс допускается» (ч. 2 ст. 3 УК РФ).

Выход из создавшейся ситуации возможен путем заимствования правил, характерных для субъекта престу плений, преду смотренных ст. 226, 229 УК РФ, то есть снижение возраста за хищение либо вымогательство ку льту рных ценностей до 14 лет.

Таковы, на наш взгляд, основные направления совершенствования административно-правового и уголовно-правового режимов охраны культу рных ценностей (объектов ку льтурного наследия) в Российской Федерации.

№ 2 (5) 2015 ПРАВОПОРЯДОК: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ, ПРАКТИКА

Примечания

1. Владимиров В. А., Левицкий Г. Н. С\ бъект преступления по советскому уголовному праву. -М., 1964.

3. Кочои С. М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. — М., 2000.

4. Михальцсвич В. А., Сабитов Р. А. Конституция СССР об охране культурных ценностей и уголовная ответственность за их хищение // Социально-экономические аспекты борьбы с правонарушениями : сб. научных трудов. — Омск, 1980.

6. Собчснко В. П. К вопрос\ об обоснованности ст. 164 УК РФ // Научные исследования высшей школы : сб. тезисов докладов и сообщений на итоговой научно-практической конференции (8 февраля 2006 г ). — Тюмень : Тюменский юридический институ т МВД России, 2006.

7. Собчснко В. П. Уголовно-правовая охрана предметов (объектов), имеющих особую ценность (некоторые замечания по существу законодательных решений) //Теоретико-методологические и прикладные аспекты борьбы с преступностью: история и современность : материалы международной науч.-практ. конференции (17-18 марта 2005 г.). — Уфа: Уфимский юридический институт МВД России, 2005.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

СУМАЧЕВ Алексей Витальевич, доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры уголовного права и процесса. Тюменский государственный университет

E-mail: alckssumachcv %тэл\.ru

ЧЕРЕПАШКИН Алексей Сергеевич, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории права и уголовно-правовых дисциплин. Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Челябинский филиал.

E-mail: tp_upd_ranc74?/,niail ru)

Эмблема культурных ценностей перед древним городом Сур (Тир), Ливан, 2007. CC BY-NC-ND / ICRC / Marko Kokic

Почему нас должны волновать нападения на культурные ценности во время вооруженных конфликтов?

Последствия войны и конфликта не сводятся к тем явным трагедиям, к которым они непосредственно приводят и с которыми мы так хорошо знакомы. Культурные ценности, — а это могут быть и музеи, и исторические памятники, и места археологических раскопок, — являются частью национального самосознания. Нападения на культурные ценности — это не просто разрушение кирпича, дерева или бетона. Это посягательства на культурную самобытность, память, достоинство и будущее целого народа.

Но сбережение культурных ценностей во время вооруженного конфликта волнует не только МККК. Как говорят нам люди, для них это имеет большое значение. В 2016 г. мы спросили у 17 000 человек из 16 стран, что они думают о правилах ведения войны. В среднем 72% опрошенных считают, что нельзя нападать на религиозные и исторические памятники с целью ослабить противника. В странах, пострадавших от вооруженных конфликтов, такой точки зрения придерживается еще больше людей — 84%. Этот опрос напоминает нам, что уважение и охрана культурных ценностей по-прежнему важны для людей. Также он показывает, что стратегии и действия некоторых государств и вооруженных групп не всегда совпадают с общественным мнением.

Хотя разрушение и расхищение культурных ценностей все еще являются частью современных вооруженных конфликтов, результаты опроса и наблюдения МККК на местах показывают, что люди понимают неправомерность подобных действий и хотят положить им конец.

Мечеть, пострадавшая во время боев в Аазазе, Сирия, 2013. CC BY-NC-ND / ICRC / Teun Voeten

Что такое культурные ценности? Каково их определение?

Согласно праву войны или, как его официально называют, международному гуманитарному праву (МГП), культурные ценности — это объекты движимого или недвижимого имущества, которые имеют большое значение для культурного наследия каждого народа. Например, это могут быть памятники архитектуры или истории, места археологических раскопок, произведения искусства или книги.

Критерий заключается в том, что они должны представлять определенную ценность. Не всякая церковь или памятник подлежат защите как культурные ценности, однако они пользуются защитой МГП в качестве гражданских объектов. Действительно, во многих случаях оценка объекта для отнесения его к числу культурных ценностей — сложный и даже спорный процесс.

Что говорит право о защите культурных ценностей во время войны?

Правила ведения войны обязывают стороны в вооруженном конфликте защищать и уважать культурные ценности. Согласно МГП, нападение на культурные ценности или использование их в военных целях запрещено, кроме тех случаев, когда это оправдано настоятельной военной необходимостью. Кроме того, стороны в конфликте не должны захватывать и уничтожать культурные ценности или умышленно наносить им повреждения. Они должны препятствовать похищению или разграблению данных ценностей и пресекать акты вандализма.

Помимо соблюдения общих правил ведения военных действий, стороны в конфликте должны особо заботиться о том, чтобы избегать причинения любого вреда культурным ценностям, поскольку из-за уничтожения культурных ценностей, даже случайного, все равно страдают люди, народы и общество в целом.

Правовые нормы, относящиеся к защите культурных ценностей во время вооруженных конфликтов, содержатся в международном договорном и обычном праве, в том числе в Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г. и двух Протоколах к ней, а также в Дополнительных протоколах 1977 г. к Женевским конвенциям 1949 г.

Разрушенное старинное здание рядом с цитаделью Алеппо, Сирия, 2017. CC BY-NC-ND/ICRC/Sana Tarabishi

Что можно сделать для защиты культурных ценностей во время вооруженных конфликтов?

Защита и уважение культурных ценностей крайне важны для восстановления после конфликта. Это позволяет защитить достоинство жертв вооруженных конфликтов и сообществ, к которым они принадлежат, в долгосрочной перспективе, а также повышает стойкость людей и способствует скорейшему примирению после конфликта.

МККК призывает больше государств присоединиться к договорам о защите культурных ценностей в случае вооруженных конфликтов. Данные договоры очень конкретны, однако выполнение многих их положений требует их внедрения в национальные законодательства государств. Уже многие годы МККК помогает государствам ратифицировать соответствующие договоры и внедрять их в национальное законодательство, публикуя различные руководящие документы, в том числе модельный закон, набор инструментов по ратификации (на англ. яз.) и информационный бюллетень (на англ. яз.).

В 2016 г. МККК подписал c Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) Меморандум о взаимопонимании в целях дальнейшего укрепления взаимодействия в данной сфере. Это первое подобное соглашение между данными организациями. Соглашение обязывает как МККК, так и ЮНЕСКО способствовать дальнейшей ратификации соответствующих международных инструментов, давать практические рекомендации, сотрудничать в сфере распространения знаний и наращивания потенциала, а также, в случае необходимости и в полном соответствии со сложившимися методами работы обеих организаций, координировать их действия по защите культурных ценностей, которые могут оказаться под угрозой во время вооруженных конфликтов.

Отличительная эмблема для обозначения культурных ценностей согласно Гаагской конвенции 1954 года

Остались вопросы? Задайте их в Твиттере @MKKK c хэштегом #ЖеневскиеКонвенции.

Международное право об охране историко-культурного наследия

Российская Федерация является участником всех основных конвенций по вопросам охраны культурного наследия в рамках ЮНЕСКО и Европейского содружества.

К настоящему времени действует система международно-правовых норм в области охраны памятников истории и культуры.

Так, Гаагская конвенция 1954 года о защите культурных ценностей в случае вооружённого конфликта стала первым международным соглашением, в котором объединены нормы по охране культурных ценностей в случае вооруженных столкновений. В ней отмечается, что ущерб, наносимый культурным ценностям каждого народа, является ущербом для всего человечества.

В 1970 году была принята Парижская конвенция о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности. Она призвана предотвращать хищения и незаконную торговлю культурными ценностями. В ней говорится о необходимости международного сотрудничества как средства обеспечения охраны национальных культурных ценностей этих государств.

В 1972 году на Генеральной конференции ЮНЕСКО была принята Конвенция о защите всемирного культурного и природного наследия, которая вступила в силу в декабре 1975 года. Российская Федерация присоединилась к Конвенции в 1989 году. В Конвенции даётся определение понятия охраны всемирного культурного и природного наследия. Конвенцией установлено, что государства-участники Конвенции, по возможности, стремятся проводить общую политику, направленную на придание культурному и природному наследию определённых функций в общественной жизни и на включение охраны этого наследия в программы общего планирования.

Также государства обязаны:

  • проводить общую политику, направленную на придание культурному и природному наследию определенных функций в общественной жизни и на включение охраны этого наследия в программы общего планирования;
  • учреждать, если они ещё не созданы, на всей территории одну или несколько служб по охране, сохранению и популяризации культурного и природного наследия, располагающих соответствующим персоналом и средствами, позволяющими выполнять возложенные на них задачи;
  • развивать научные и технические разработки и исследования и совершенствовать методы работы, позволяющие государству устранять опасности, угрожающие его культурному и природному наследию;
  • принимать соответствующие юридические, научные, технические, административные и финансовые меры для выявления, охраны, сохранения, популяризации и восстановления этого наследия;
  • содействовать созданию или развитию национальных или региональных центров подготовки в области охраны, сохранения и популяризации культурного и природного наследия, а также поощрять научные исследования в этой области.

Генеральная конференция ЮНЕСКО на XX сессии, проходившей с 24 по 28 ноября 1978 года в Париже, приняла Рекомендацию об охране движимых культурных ценностей. В ней констатируется рост рисков, связанных с перевозками, увеличение в некоторых странах количества случаев нелегальных раскопок, краж, незаконной торговли и актов вандализма в отношении культурных ценностей.

24 июня 1995 года в развитие Конвенции 1970 года была принята Римская конвенция УНИДРУА о похищенных или незаконно вывезенных культурных ценностях. Её задачей стало обеспечение дальнейшего сокращения незаконной торговли культурными ценностями путём создания более современного механизма их возврата.

Принятие Конвенции об охране подводного культурного наследия (Париж, 2001 год) показало, что в деле сохранения подводного культурного наследия главным является вопрос о праве собственности на затонувшее судно и находящееся на нём имущество. В документе отражено, что любой спор между двумя или более государствами-участниками подлежит урегулированию путём переговоров в духе доброй воли или иными мирными средствами по собственному выбору государств-участников.

Документом, в котором раскрывается принцип защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры, является проект Декларации, касающейся преднамеренного разрушения культурного наследия (2003 год). В нём обосновывается, что преднамеренное разрушение культурного наследия в случае вооруженного конфликта может относиться к одному из военных преступлений.

Международная Конвенция об охране нематериального культурного наследия, принятая 17 октября 2003 года в Париже, признаёт, что процессы глобализации и социальных преобразований служат источниками серьёзной угрозы деградации, исчезновения и разрушения нематериального культурного наследия.

Большое внимание охране памятников истории и культуры уделяет Европейский Союз. Так, в частности, действует Европейская Конвенция об охране археологического наследия от 6 мая 1969 года (Лондонская Конвенция). Ряд актов принят в рамках Европейского Союза, например, Рекомендации Комиссии Европейских Сообществ 1974 года о защите архитектурного и природного наследия.

Решение министров , ответственных за вопросы культуры, принятое в рамках Совета Европейских Сообществ в 1986 году , о сохранении произведений искусства и народных промыслов.

В 2002 году учреждён Фонд солидарности Европейского Союза . В случае стихийных бедствий и катастроф Фонд призван представлять заинтересованным государствам помощь на восстановление различных объектов, в том числе объектов культурного наследия.

Источник: Аналитический вестник №5 (372). Совет Федерации ФС РФ. Комиссия Совета Федерации пол культуре. 01.09.2009.

Комментарий специалиста

Т.В.Боргоякова
Главный консультант отдела социальной политики
Аналитического управления аппарата Совета Федерации

Для большинства стран характерен комплексный поход к сохранению и возрождению культурного и исторического наследия, наличие эффективного законодательства, регулирующего данную сферу. Действуют базовые законы об охране культурного наследия, приняты и реализуются федеральные, региональные и местные программы по сохранению наследия и охране памятников. Созданы властные структуры, наделённые необходимыми полномочиями с целью контроля исполнения законов в этой сфере.

В мероприятиях и проектах по сохранению наследия, часто имеющих сложную структуру финансирования, взаимодействуют государство, региональные и местные власти, жители, специализированные общественные организации, представители частного бизнеса.

В законодательстве иностранных государств можно выделить два основных подхода к определению понятия «памятник истории и культуры». В ряде стран для признания предмета памятником достаточно наличия особых исторических, культурных, научных и иных его качеств, позволяющих рассматривать его как особую часть национального наследия (Италия, ФРГ). В иных странах (Великобритания, США, Франция) само понятие «памятник» не имеет особого охранительного смысла и до включения объекта в список охраняемых не предполагает распространения на него особой государственной защиты. Следовательно, определяющим фактором для правовой охраны категории «памятник» того или иного предмета является внесение его по решению компетентных органов в специальный реестр, каталог.

Ведение реестров, каталогов, систематизация и инвентаризация памятников истории и культуры осуществляется во всех странах. В некоторых из них эта деятельность компьютеризирована, ведутся специальные базы данных.

Успешно решаются проблемы охраны археологических памятников. Одним из условий этого является развитый институт частной собственности. Многие государства, озабоченные сохранением своего археологического наследия, создали законодательную базу для регулирования этой проблемы.

Отдельного упоминания заслуживает существующая в некоторых странах система национальных парков, которые создаются с целью сохранения на конкретной территории исторических, природных или культурных ценностей. Принимаются законы, регулирующие охрану и использования природного, культурного и исторического наследия на конкретных территориях – национальных парках. Разрабатываются специальные регламенты посещения таких парков, а также меры охраны и правила использования их ресурсов. Существует практика консервации археологических объектов для исследования их в будущем.

Представляет интерес схема осуществления налоговых льгот для тех, кто участвует в восстановлении исторической недвижимости. Данная недвижимость входит в государственный реестр исторических мест, работа по восстановлению сертифицирована. Возможны налоговые рассрочки, когда например, группа компаний, которые поддерживают проекты по возрождению исторических мест, в обмен получает право на рассрочки по выплате налогов (налоговые кредиты). Налоговые льготы касаются не только инвесторов, но и тех, кто восстанавливает исторические дома для собственного проживания. Так, если восстанавливается старый дом, то его стоимость после восстановления значительно возрастает, а вместе с ней и налог на имущество. Но, учитывая затраты на восстановление дома, практикуется система замораживания долгов – то есть за восстановленный объект платится такой же налог, как до восстановления.

Также следует отметить опыт создания трастовых управлений по сохранению историко-культурного и природного наследия в некоторых странах. Система траста (англ. – «доверие»), созданная в Великобритании, получила дальнейшее развитие в некоторых странах. На основе трастового управления создаются эффективные правовые и экономические механизмы сохранения исторических объектов.

Проблемы в сфере охраны культурно-исторического наследия существуют во всех странах, но они постоянно находятся в поле зрения государства и общества. Работа по сохранению памятников ведётся комплексно и целенаправленно при партнёрстве государства, бизнеса и структур гражданского общества. Более того, как правило, общество жёстко требует от государства эффективной политики по сохранению наследия, государство создаёт наиболее благоприятные для этого условия, в первую очередь для бизнеса. Бизнес же активно использует эти условия, получая реальную экономическую выгоду, приобретая социальные дивиденды.

5. Российская Газета. Электронный выпуск от 12.12.2012

6. Свод законов Российской империи, повелением государя императора Николая Павловича составленный. : Уставы о податях, о пошлинах, и о сборах с питей, с свеклосахарного производства, и с табаку. Россия. Законы и постановления. Санкт-

Петербург: В типографии Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, 1857-1868

7. Соборное Уложение 1649 года. — Л.,:»Наука», 1987.

8. Федеральный закон Российской Федерации от 23 февраля 2013 г. N 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака».

МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ

Борисова Мария Сергеевна, Лагутина Дарья Александровна

студентки 5 курса Института правоохранительной деятельности Саратовской государственной юридической академии, г. Саратов

Культурные ценности являются достоянием государства и его народа. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого гражданина на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям (ст. 44 Конституции РФ). Обязанность государства состоит в обеспечении данного права гражданина .

В современном мире многие уникальные по своей природе произведения искусства все чаще перемещаются из одной страны в другую. Шедевры человеческого гения, хранящиеся в музеях одних стран, демонстрируются в других. Развивается международная торговля антиквариатом. Однако одновременно с этим продолжаются массовые хищения произведений искусства и их нелегальный вывоз с целью продажи. Подобный бизнес наряду с нелегальной торговлей наркотиками, оружием и людьми можно отнести к теневой экономике современного мира.

Сохранение культурных ценностей невозможно без сотрудничества на международном уровне. Борьба с правонарушениями в отношении культурных ценностей должна проводиться на основе комплексного международного сотрудничества. Одной из наиболее актуальных сфер такого сотрудничества является сфера международного права. Если обратиться к существующим международным договорам в области охраны культурных ценностей, то необходимо остановиться на следующих основных актах.

Впервые требование охраны культурных ценностей было сформулировано в Парижской конвенции 1815 г., которая содержала статью о необходимости гарантии целостности музеев и библиотек.

Международно-правовые положения, предусматривающие охрану культурных ценностей в кодифицированном виде нашли отражение в Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г. . В данной конвенции был отвергнут широко применявшийся государствами ранее принцип локализации военных действий и закреплен принцип определения и изоляции мест, в которых имеются культурные ценности.

Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г. обеспечивает два основных вида защиты культурных ценностей: 1) общую защиту, которая распространяется на все культурные ценности, и 2) специальную защиту, которая касается определенных укрытий или центров с хранящимися в них движимыми и недвижимыми культурными ценностями, имеющими особо важное значение.

Общую защиту культурных ценностей Конвенция

разграничивает на два основных вида — охрану и уважение. Когда речь идет об охране, то подразумеваются только культурные ценности, находящиеся на территории государства, берущего на себя соответствующее правовое обязательство. При уважении же имеются в виду культурные ценности, находящиеся как на своей, так и на неприятельской территории.

Различие состоит также и в том, что охрана культурных ценностей осуществляется еще в мирное время, а их уважение имеет место во время войны. Более того, охрана предполагает действие (принятие мер), а уважение — воздерживание от действий (запрещение их использования в определенных целях и воздержание от враждебных актов).

Принятие в мирное время мер, суть которых заключается в охране культурных ценностей — вопрос, предоставляемый на «усмотрение каждой страны». Однако в Конвенции конкретизируются некоторые из них. Она, например, обязывает страны включать в военные уставы и инструкции положения, обязывающие личный состав вооруженных сил уважать культурные ценности во время войны. Наряду с этим предусматривается создать при войсках службы, которые бы занимались этими вопросами и поддерживали связи с гражданскими властями. Упомянутые меры не определены исчерпывающе. Однако, несмотря на это, слова «по своему усмотрению» не следует толковать в том смысле, что государства могут и не принимать мер или принять недостаточные или неэффективные меры. По Конвенции, «они должны подготовить еще в мирное время охрану культурных ценностей». Иными словами, обязанность государств следует понимать в смысле принятия самых эффективных и необходимых мер, т.е. таких, которые обеспечивают реальную охрану культурных ценностей. При этом, слово «усмотрение» относится не столько к принятию достаточно эффективных или неэффективных мер, сколько к праву государства избрать, какие из многообразия таких мер наиболее эффективные. Никакая «военная необходимость» не оправдывает нарушение международно-правовых норм, предусматривающих охрану культурных ценностей.

Особую важность в ряду мероприятий по охране культурных ценностей приобретает их специальная защита. Согласно Конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г., она распространяется на «ограниченное число убежищ, предназначенных для сохранения движимых культурных ценностей в случи вооруженного конфликта, центров сосредоточения культурных ценностей и других культурных ценностей, имеющих очень большое значение». В отличие от

общей защиты, которая предполагает принятие определенных мер и неиспользование культурных ценностей для военных целей, здесь имеется в виду повышенная степень защиты, которая распространяется на культурные ценности, находящиеся под режимом иммунитета по отношению к воюющим сторонам. Этот иммунитет выражается не только в воздержании «от использования таких объектов и ценностей и прилегающих к ним участков в военных целях», но и в воздержании «от любого враждебного акта, направленного против них». Из такого определения содержания иммунитета становится ясным, что в данном случае оно не совпадает с представлением об иммунитете в дипломатическом праве. Речь идет не об исключении действия какой-то части законодательства, а о неиспользовании в военных целях (что может создать опасность для культурных ценностей) и воздержании от любых враждебных действий. Если первое (неиспользование в военных целях) ясно и не вызывает сомнений, то второе (воздержание от любых враждебных действий) нуждается в уточнении.

Воздержание от враждебных действий очевидно имеет целью не допустить разрушения культурных ценностей. Но и другие действия, которые не являются враждебными, также могут привести к разрушению или повреждению культурных ценностей. Таковыми могут быть, например, действия по спасению, проводимые без соблюдения специальных мер предосторожности. Реальный иммунитет (высокая степень безопасности) культурных ценностей обеспечивается не только путем запрещения «любых враждебных актов против них», но и путем запрещения «любых актов, которые могут привести к их разрушению и повреждению» .

Анализ Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г. и Протокола к ней, а также практика их применения показывают, что:

• каждое государство, которое приняло на хранение ценности другой страны, несет ответственность за их сохранность и должно их вернуть по требованию страны происхождения;

• при передаче ценностей в другую страну не имеет значения, кому принадлежит право собственности на охраняемое имущество — государству, юридическим или физическим лицам;

• изменения в форме государственного строя, смена правительства, осуществившего передачу на хранение в другую страну не должны влиять на решение вопроса о возврате ценностей в страну происхождения.

Давая высокую оценку юридической технике, использованной при разработке Конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г., тем не менее, следует констатировать отсутствие должного механизма ее соблюдения, о чем свидетельствуют нарушения этого важного международно-правового акта в ходе происшедших и происходящих в настоящее время вооруженных конфликтов.

Очевидно, одна ЮНЕСКО не может гарантировать соблюдение данной Конвенции. На наш взгляд, было бы более предпочтительным возложить соответствующую обязанность не только на Генерального директора ЮНЕСКО, но и на Генерального секретаря ООН и руководителей региональных организаций.

Общая и специальная защита культурных ценностей, закрепленная в Конвенции 1954г., не подкрепляется адекватными положениями об ответственности в случае нарушения положений Конвенции. Дело в том, что в случае

таких нарушений наступает ответственность уголовного или материального характера. Однако, если, например, в случае уничтожения объекта может наступить ответственность, предусматривающая возмещение ущерба, то такой подход неприемлем в отношении объектов культурных ценностей, ибо подобные объекты неповторимы и не могут быть воссозданы в первоначальном виде. Поэтому, на наш взгляд, необходимо закрепить в современном международном праве обязательства государств в отношении охраны культурных ценностей. Отсюда и ответственность за их уничтожение принимает более предметный и весомый характер.

Проблема реституции применительно к культурным ценностям всегда имела актуальное значение. Субъектом отношений, возникающих при реституции, является государство. При этом, кто является собственником культурных ценностей для предъявления требования о реституции не имеет значения. Решающее значение имеет критерий нахождения имущества на территории определенного государства. Здесь действует принцип, согласно которому обязательство страны по возврату распространяется не только на имущество, находящееся на ее территории, но и на имущество, владение которым осуществляется гражданами этой страны.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В последнее время особую остроту приобрела проблема компенсаторной реституции, которая регламентируется как международным, так и национальным правом. Анализ международно-правовых актов привел к выводу, что компенсаторная реституция как вид международно-правовой ответственности является правомерной .

Одним из первых документов, рассматривающих проблему возврата культурных ценностей, является Рекомендация Генеральной конференции ЮНЕСКО о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного вывоза, ввоза и передачи права собственности на культурные ценности от 19 ноября 1964 г.

14 ноября 1970 г. ЮНЕСКО одобрила Конвенцию о мерях, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности. Представляется, что Конвенция в определенной мере является прогрессивным развитием международного права в данной области. В частности, Конвенция расширила понимание культурных ценностей по сравнению с Рекомендацией 1964 г., определив их следующим образом: ими «считаются ценности религиозного или светского характера, которые рассматриваются каждым государством как представляющие значение для археологии, доисторического периода, истории, литературы, искусства и науки…» (ст. 1) .

Следует согласиться с теми учеными (например, Ж. Бассиони), которые в результате сопоставления существующих соглашений об охране культурных ценностей с другими международными уголовно-правовыми конвенциями пришли к заключению об отсутствии специальных положений с широкой сферой действия по вопросам юрисдикции, экстрадиции, оказания правовой помощи и сотрудничества по уголовным делам. Несмотря на это, следует констатировать, что существующие правовые рамки отражают проблему возврата и передачи культурных ценностей.

На наш взгляд, отказ государств от применения института исковой давности в отношении культурных ценностей в значительной степени облегчил бы возможность возврата похищенных предметов культуры. Соответствующие статьи следовало бы включить и в Конвенцию ЮНЕСКО 1970 года.

1. 2.

Список литературы: 4.

Конституция Российской Федерации. М., 1993. Гаагская конвенция о защите культурных ценно- 5. стей во время вооруженных конфликтов 1954 г.: Международное право: Сборник документов. М., 6. 1982.

Богуславский М.М. Международная охрана культурных ценностей. М., 1979. С. 60.

ДЕКЛАРАТИВНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СТАТУСА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ

Бородина Марина Игоревна

Канд. философ.наук, доцент кафедры права ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный социально-педагогический университет», г. Волгоград

В силу своего особого статуса несовершеннолетние относятся к той категории населения, которая не в состоянии самостоятельно отстаивать и защищать свои права и законные интересы. Незрелость психического и физического развития, недостаток жизненного опыта, «невзрослый» взгляд на мир — вот основные причины установления специальных механизмов защиты детства как в международном, так и в национальном праве отдельно взятого государства. Указанные механизмы регулируют различные ювенальные правоотношения — общественные отношения с участием несовершеннолетних — и создают устойчивое правовое поле деятельности ребенка во всех отраслях человеческой жизнедеятельности. При этом фундаментальными правовыми основами такого регулирования являются действующие международно-правовые акты по правам несовершеннолетних.

В международном праве становление ювенального нормативного блока началось сравнительно недавно. На рубеже Х1Х-ХХ веков благодаря активизации общественных движений, выступающих в защиту детства, перед мировым сообществом встал вопрос о необходимости правового регулирования статуса несовершеннолетних, и, прежде всего, на международном уровне. Однако права детей рассматривались не в качестве личностно-ориенти-рованных правовых установок, а как объект защиты от неправомерного внешнего воздействия. Так, принятая в Женеве в 1924 году Лигой Наций Декларация прав ребенка в первую очередь закрепила основополагающие принципы, которые были направлены против детского труда и рабства, торговли детьми и проституции несовершеннолетних. Однако нельзя не отметить, что в то же время данный международно-правовой документ стал первым шагом в деле нормативного регламентирования статуса несовершеннолетних и фундаментом будущего международного ювенального права.

В дальнейшем формирование института международно-правовой защиты несовершеннолетних происходило большей частью на законодательном уровне на основании общих договоров о правах человека и специальных соглашений, регулирующих непосредственно правовой статус детей.

Так, принятая в 1948 году Всеобщая декларация прав человека ООН провозгласила семью естественной и основной ячейкой общества, которая имеет право на защиту со стороны общества и государства. Более того, часть 2 ст. 25 данного акта обращает внимание на тот факт, что младенчество дает право на особое попечение и помощь, а дети, родившиеся в браке и вне его, пользуются

одинаковой социальной защитой. Указанные положения были конкретизированы в международных пактах по правам человека 1966 года.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах в ст. 10 устанавливает, что семье должна предоставляться самая широкая охрана и помощь, особенно в период заботы и воспитания ее несовершеннолетних членов, при одновременном соблюдении принципов недискриминации, защиты детей от экономической и социальной эксплуатации на основе ограничения детского труда установленным минимальным возрастом приема на работу и запретом вредных и опасных видов деятельности. Кроме того, государства-участники обязаны проводить мероприятия по сокращению мертворождаемости и детской смертности, принимать меры, способствующие здоровому развитию ребенка, обеспечивать обязательное и бесплатное начальное образование для всех.

В свою очередь, Международный пакт о гражданских и политических правах закрепляет недопустимость вынесения смертного приговора в отношении несовершеннолетних и особый режим ювенального судопроизводства, а также провозглашает право семьи и малолетних детей на защиту со стороны общества и государства, право несовершеннолетних на защиту в случае расторжения брака их родителей, право каждого ребенка на имя и гражданство.

Однако названные нами положения универсальных международно-правовых актов являются отдельными фрагментами, регулирующими правовой статус несовершеннолетних на фоне общего массива прав человека. Поэтому обратимся к характеристике специальных документов международного права, посвященным непосредственно защите прав и законных интересов детей, а именно декларативных международно-правовых документов, нормы которых в большинстве своем являются рекомендательными в силу общего характера указанных актов.

С целью обеспечения счастливого детства в 1959 году была принята Декларация прав ребенка ООН, которая, принимая во внимание тот факт, что ребенок в силу своей физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, установила следующие основополагающие принципы его правового статуса: 1) недискриминацию и равенство прав всех детей; 2) предоставление специальной защиты и благоприятных условий для физического, умственного, нравственного и духовного развития ребенка; 3) право ребенка на имя и гражданство; 4) право ре-

Оставьте комментарий