Посредственное причинение вреда

Некоторые проблемы посредственного причинения вреда в уголовном праве России Чинахова О. Н.

Чинахова Оксана Николаевна / СЫпаккоуа Окзапа Мко1аета — магистрант, юридический факультет, Алтайская академия экономики и права, г. Барнаул

Аннотация: статья посвящена раскрытию некоторых проблем, касающихся посредственного причинения вреда в уголовном праве, в том числе использования невиновно действующего лица, а также посредством привлечения специальным субъектом к совершению преступного деяния неспециального субъекта в преступлениях со специальным составом. На основе анализа действующего уголовного законодательства и имеющихся в науке позиций предлагается устранение некоторых пробелов, связанных с институтом посредственного причинения вреда. Ключевые слова: посредственное причинение вреда, ответственность за посредственное причинение вреда, исполнитель, специальный субъект преступления.

Вопросы посредственного причинения вреда в уголовном праве рассматривались еще теоретиками древнего мира. Так, римский юрист Ульпиан в тридцать восьмом томе «Комментариев к эдикту» писал: «Своими ли руками кто-то (это сделает) или же рабу велит подсечь, ободрать срубить деревья, он отвечает по этому иску» .

На сегодняшний день, вопрос посредственного причинения вреда выступает предметом научного исследования в юридической литературе и имеет большую практическую значимость, так как выступает обоснованием ответственности преступника, использующего для совершения запрещенного деяния лицо, не подлежащее уголовной ответственности. Однако, в имеющихся публикациях имеются значительные расхождения мнений в отношении места и наименования института посредственного причинения вреда, характеризующих его объективных и субъективных признаков.

В современном уголовном праве под посредственным причинением понимается использование для совершения преступления тех, кто по закону вообще субъектом преступления быть не может , поскольку не достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность за данное преступление , либо в силу пороков сознания или воли является невменяемым , а также в силу других обстоятельств, предусмотренных УК РФ (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Примером такого общественно опасного деяния является установленная пп. VII п. «е» ч.2 ст. 8 Римского статута международная уголовная ответственность за «набор или вербовку детей в возрасте до пятнадцати лет в состав вооруженных сил или групп или использование их для активного участия в боевых действиях», а ст. 26 данного документа подчеркивает, что «суд не обладает юрисдикцией в отношении любого лица, не достигшего 18-летнего возраста на момент предполагаемого совершения преступления» .

Действующий УК РФ, а именно ч. 2 ст.33 УК РФ устанавливает три варианта посредственного причинения, когда лицо, не выполняя объективной стороны состава преступления, между тем, признается исполнителем:

1) при использовании лиц, не подлежащих уголовной ответственности согласно возрасту;

2) по причине невменяемости;

3) при иных обстоятельствах, определенных УК РФ.

Таким образом, в соответствии с нормами УК РФ посредственное причинение имеет место исключительно в случае прямого указания об этом в уголовном законе. В качестве примера приведем норму ст. 42 УК РФ, устанавливающую ответственность лица, за отдачу незаконного приказа — исходя из того, что заведомость незаконности приказа является обязательным критерием для ответственности исполнителя, то ее

отсутствие превращает лицо в средство (орудие) исполнения воли субъекта, отдающего незаконный приказ.

В современной российской теории уголовного права и судебной практике превалирующей является позиция, в соответствии с которой ответственность за посредственное причинение наступает также в случае использования невиновно действующего лица. Подтвердим данное положение примером из практики: «Так, А. приговором суда был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, за совершение кражи шести колесных пар от тепловоза принадлежащих, Эксплуатационному локомотивному депо. Для совершения данного преступления приискал И., П., и Д., которых ввел в заблуждение относительно правомерности своих действий, пояснив, что вышеуказанные колесные пары вывозятся им правомерно. Данные лица, не осознавая, что А. использует их для совершения кражи, полагая, что действуют правомерно, сняли с тележек колесные пары и увезли с места преступления. Общая стоимость похищенных колесных пар составила 472370 рублей 60 копеек, что признается крупным размером .

Проблему же составляет тот факт, что УК РФ не закрепляет указанного положения. В связи с изложенным считаем целесообразным ч. 2 ст. 33 УК РФ после слов «в силу возраста, невменяемости» дополнить следующим словосочетанием: «невиновно действующих…», что позволит устранить имеющийся законодательный пробел.

Также не является разрешенной в российской науке и практике уголовного права проблема посредственного причинения вреда специальным объектам.

Посягательство на специальные объекты может осуществляться специальными субъектами посредством привлечения лиц, способных нести уголовную ответственность. Такого рода проявление посредственного причинения вреда может иметь место в таких ситуациях, когда, как указывает С.С. Аветисян, «состав данного преступления требует в качестве исполнителя специального субъекта, признаками которого не обладает лицо, исполняющее его объективную сторону, и которые присущи лицу, склонившему к совершению преступных деяний либо способствовавшего их совершению» .

Проблему составляет то, что при наличии любого вида посредственного исполнения действительный исполнитель не выполняет деяния, описанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ. В связи с изложенным, С.Ф. Милюков, в частности, пишет, что российский законодатель необоснованно признает посредственного причинителя исполнителем, так как последний в соответствии с законом отнесен к соучастникам преступления. В связи с этим цитируемый автор предлагает внести в УК РФ положение о том, что «не признается соучастием посредственное причинение вреда, то есть умышленное использование для совершения преступления других лиц, действовавших по неосторожности или вообще не подлежащих уголовной ответственности в силу оснований, предусмотренных уголовным законом» .

Однако, анализируемая форма проявления посредственного причинения вреда специальным объектам при этом остается законодательно неурегулированной. Так, посредственное причинение не только по внешним, но по внутренним (субъективным) признакам может совпадать с соучастием, в частности, в случае посягательства на специальные объекты, то есть посредством привлечения специальным субъектом к совершению преступного деяния неспециального субъекта.

Так, например, В. Г. Павлов указывает, что в воинских преступлениях в тех случаях, когда исполнителем выступает гражданское лицо, а военнослужащий исполняет роль организатора, подстрекателя, пособника, нецелесообразно говорить о воинском преступлении со специальным субъектом. В этой ситуации, по мнению данного ученого, гражданские лица, выступающие исполнителями, должны нести уголовную ответственность не за воинское преступление, а за преступление против личности. Военнослужащий же, склонивший гражданских лиц к совершению преступления, должен отвечать за подстрекательство к нему (с отсылкой к ст. 34 УК РФ) .

Считаем, что эта позиция не вполне обоснованна, так как не соответствует положениям УК РФ. Так, посягательство на специальные объекты посредством нарушения специально установленного порядка возможно только со стороны участников этих специальных отношений, то есть — специальных субъектов. Согласно ч. 4 ст. 34 УК РФ не могут являться исполнителями либо соисполнителями преступлений со специальным составом неспециальные субъекты. Посредственный причинитель полностью осознает, что по подстрекательству специального субъекта причиняет преступный вред специальным объектам и желает его наступление. Исходя из изложенного, считаем, что квалификация такого рода действий не по специальной, а по аналогичной норме УК РФ будет нарушением принципов законности и справедливости.

Непосредственным элементом причинения вреда выступает лицо, являющееся субъектом не специального, а общего состава преступления. Указанное лицо в преступлениях с общим составом не может быть использовано в качестве средства (орудия) преступления, поскольку само выступает полноправным субъектом отношений, в системе которых совершается это преступное деяние. Важно понимать, что в подобного рода ситуациях, как показывает практика, наступление вреда опосредуется волей самого исполнителя, но не подстрекателя или организатора преступного общественно опасного деяния.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что в отношении посредственного причинения вреда исполнителем преступления должно признаваться то лицо, которое совершило преступное деяние посредством использования других лиц, не только не подлежащих в соответствии с нормами УК РФ ответственности, но и подлежащих уголовной ответственности, однако, за те умышленные преступления, исполнителем которого может быть специальный субъект. Считаем целесообразным данное положение закрепить законодательно в ч. 2 ст. 33 УК PФ.

Таким образом, институт посредственного причинения вреда в уголовном праве России не является совершенным. Внесение предложенных дополнений в УК РФ позволит решить отдельные проблемы правоприменения.

Литература

3. Дигесты Юстиниана / Перевод с латинского; Отв.ред. Л. Л. Кофанов. Т. VII. Полутом 1. М.: Статут, 2005. С. 564.

4. Милюков С. Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт критического анализа. Санкт-Петербуг, 2000. С. 79 — 81.

5. Павлов В. Г. Субъект преступления. Санкт-Петербург: Нева, 2001. С. 312.

6. Прозументов Л. М. Групповое преступление: вопросы теории и практики. Томск: Изд-во Том. Ун-та, 2010. С. 164.

7. Уголовное дело. Дело №1-2/2016 // Новосокольнический районный суд Псковской области — СУДЕБНЫЕ АКТЫ. Электронный ресурс.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

УГОЛОВНОЕ ПРАВО

И. Ю. Янина*

О правомерности регламентирования посредственного причинения в рамках главы 7 «Соучастие в преступлении» Уголовного кодекса Российской Федерации

Аннотация. Расположение нормы о посредственном причинении в структуре института соучастия в преступлении подвергалось критике учеными-криминалистами с момента принятия действующего уголовного закона и по настоящее время. Автором обосновывается необходимость самостоятельного уголовно-правового закрепления случаев совершения преступления путем посредственного причинения. На основании собранного эмпирического материала вносятся предложения по совершенствованию института посредственного причинения: сделать перечень посредственно используемых лиц закрытым (использование малолетних, невменяемых, лиц, находящихся под воздействием физического или психического принуждения, действовавших во исполнение приказа или распоряжения, а также невиновного причинения вреда); сохранить в УК РФ понятие «посредственный исполнитель», изменив редакцию ч. 2 ст. 33 УК РФ; предусмотреть категорию «посредственный причинитель», дополнив Общую часть УК РФ статьей 36.1 «Посредственное причинение» в главе 71 «Специальные виды причинения».

Ключевые слова: посредственное причинение, соучастие в преступлении, ответственность посредственных причинителей, виды посредственного причинения.

001: 10.17803/1994-1471.2016.67.6.165-172

В уголовном законе содержится единственная норма, имеющая отношение к посредственному причинению, которая звучит следующим образом: «Исполнителем признается… лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом» (ч. 2 ст. 33 УК РФ).

Как видим, положение о посредственном причинении регламентировано в одной из статей, посвященных соучастию в преступлении. Данное обстоятельство существенным образом затрудняет правильную квалификацию преступлений, совершенных путем посредственного причинения, а также назначение справедливого наказания посредственному причинителю, соответствующего характеру и степени общественной опасности.

© Янина И. Ю., 2016

* Янина Ирина Юрьевна, преподаватель кафедры публичного права Саранского кооперативного института (филиала) автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования Центросоюза РФ «Российский университет кооперации»; аспирантка кафедры уголовного права криминалистики и криминологии Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарева yanina_i@bk.ru

430027, Россия, г. Саранск, ул. Транспортная, д. 17, каб. 211

Еще в советский период А. Н. Трайнин подверг сомнению и критике правильность правового регулирования ответственности посредственных причинителей в пределах норм о соучастии в преступлении, указав следующее: «…исполнитель мыслим лишь в составе соучастников… быть исполнителем одному так же невозможно, как одному быть пособником или подстрекателем»1 .

В уголовно-правовой теории распространено мнение о том, что в условиях роста групповой и организованной преступности существует практическая необходимость более узкого урегулирования со стороны законодателя специального вида уголовно-правового причинения — посредственного причинения, в случаях совершения преступления путем использования причинителем в преступных целях малолетних, невменяемых и иных лиц, не подлежащих уголовной ответственности. По мнению Р. Р. Галиакбарова, для разрешения данного вопроса следует внести соответствующие дополнения и уточнения в нормы, регламентирующие институт соучастия в преступлении2. Другие выход из сложившейся ситуации видят в исключении из ч. 2 ст. 33 УК РФ нормы о посредственном исполнителе3 .

По мнению Н. В. Баранкова, понятие посредственного исполнения преступления следует сохранить в главе 7 «Соучастие в преступлении» УК РФ, при условии ее дополнения ст. 36.1 «Посредственное исполнение преступления»4.

Д. А. Луньков предлагает включить посредственное причинение в институт лиц, подлежащих уголовной ответственности, и дополнить соответственно главу 4 «Лица, подлежащие уголовной ответственности» статьей 23.1 УК РФ.

Автор заключает: «Именно на нормы этого института, содержащиеся в ст. 19 «Общие условия уголовной ответственности», ст. 20 «Возраст, с которого наступает уголовная ответственность» и ст. 21 «Невменяемость» УК РФ, в первую очередь опирается институт посредственного причинения для решения вопросов освобождения от уголовной ответственности невиновного причинителя и привлечения к ней исполнителя преступления»5 .

На наш взгляд, существование в уголовном законодательстве специальных норм о посредственном причинении позволит в каждом конкретном случае определить степень вины и ответственности за содеянное посредственным причинителем. С решением проблемы, представленным в трудах Д. А. Лунькова, следует согласиться в части неправомерности включения посредственного причинения в главу 7 УК РФ. Однако глава 4 УК РФ, на наш взгляд, также не подходит для положений о посредственном причинении. Правовое регулирование посредственного причинения должно быть отражено в специальной главе Общей части УК РФ. Например, представляется возможным дополнить уголовный закон новой главой, закрепляющей положения о специальных видах причинения в уголовном праве — посредственном причинении и неосторожном причинении, в одной из статей которой следует закрепить понятие посредственного причинителя.

В научной среде посредственному причинению даются разные названия. Так, П. Ф. Тель-нов употреблял дефиницию «посредственное исполнение»6, М. И. Ковалев и О. Н. Агеева — «посредственное причинение»7, А. Н. Трайнин — «мнимое соучастие»8, О. К. Гамкрелид-

1 Трайнин А. Н. Учение о соучастии. М., 1941. С. 104.

2 Галиакбаров Р. Р. Квалификация групповых преступлений / отв. ред. В. И. Артемов. М., 1980. С. 43.

4 Баранков Н. В. Посредственное исполнение преступления : автореф. дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2001. С. 7.

5 Луньков Д. А. Место и название института посредственного причинения вреда требуют уточнения // Российский юридический журнал. 2011. № 5. С. 114.

6 Тельнов П. Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1974. С. 75—79.

7 КовалевМ. И. Соучастие в преступлении. Свердловск, 1960. С. 97—108 ; Вопросы Общей части уголовного права в теории и правоприменительной деятельности Республики Мордовия : монография / под ред. Н. А. Лопашенко. Саранск, 2014. С. 76 (автор главы «Соучастие в преступлении» — О. Н. Агеева).

8 Трайнин А. Н. Состав преступления по советскому уголовному праву. М., 1951. С. 121—123.

зе — «посредственное исполнительство»9, Н. В. Баранков — «посредственное исполнение преступления»10, С. А. Шатов — «опосредованное исполнение»11, в московском курсе советского уголовного права 1970 г. содержится понятие «посредственное виновничество»12. Во всяком случае, абсолютным большинством специалистов употребляется термин «посредственный».

Очевидно, что в основу формулирования категории «посредственный причинитель» необходимо положить законодательное определение посредственного исполнителя, предварительно определив отличие в их смысловом содержании для преодоления путаницы в понятиях.

Отождествление терминов «посредственное исполнение» и «посредственное причинение» недопустимо, потому как они имеют отношения к различным уголовно-правовым институтам. При этом к соучастнику преступления, независимо от выполняемой им преступной роли, совершенно справедливо применять общее понятие «причинитель», поскольку вследствие совершения преступных действий (бездействия) исполнителя, организатора, подстрекателя или пособника причиняется вред одному либо нескольким объектам уголовно-правовой охраны. Однако категорию «посредственный причинитель» неверно использовать по отношению к исполнителю вследствие того, что он не может быть им по двум основным причинам.

Во-первых, исполнитель мыслим только в преступлениях, совершенных в соучастии. И хотя в уголовно-правовой доктрине далеко не все специалисты разделяют подобную точку зрения, все же она является весьма распространенной.

Например, Р. С. Данелян утверждает, что «из содержания ч. 2 ст. 33 УК РФ видно, что законодатель определил исполнителя двусмысленно, смешав исполнителя — индивидуально действующее лицо, и исполнителя-соучастника. Тем не менее, если преступление совершено одним лицом без участия организатора, подстрекателя, пособника или других исполнителей, речь следует вести о субъекте преступления. Об исполнительстве же принято говорить только в том случае, когда в совершении преступления участвуют и другие участники»13 . В «Лучшем учебнике уголовного права (Общая часть)»14, в подготовке которого принимали участие около ста ведущих ученых России, отражена схожая позиция: а в части 2 ст. 33 УК РФ говорится об исполнителях-соучастниках, а не об исполнителях — индивидуально действующих лицах.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Во-вторых, посредственный причинитель — лицо, совершившее преступление единолично. Так считают ученые, указывающие на несостоятельность тенденции отнесения законодателем посредственного причинения к форме исполнительства15. Юридически посредственный причинитель — единственный субъект преступления, способный нести уголовную от-

10 Баранков Н. В. Указ. соч. С. 3.

11 Шатов С. А. Соучастие в преступлении : учебное пособие. СПб., 2012. С. 35.

13 Данелян Р. С. Квалификация преступлений, совершенных в соучастии : учеб. пособие. М., 2012. С. 17.

14 См.: Лучший учебник уголовного права (Общая часть). СПб., 2011. С. 279.

ветственность, несмотря на то, что фактически совершается преступление, лишь внешне схожее с формулой соучастия: подстрекатель — исполнитель либо организатор — исполнитель по признаку участия двух или более лиц. И поскольку в основе действующего российского уголовного закона лежит акцессорная теория соучастия, согласно которой исполнитель преступления существует при одновременном участии других соисполнителей либо иных соучастников: организаторов, подстрекателей, пособников, а также признается ключевой фигурой преступления, предопределяющей ответственность иных соучастников, исполнитель исключается в преступлениях, совершаемых при посредственном причинении, ответственность за совершение которого лицо, использующее в качестве орудия совершения преступления другое лицо, несет индивидуально.

Думается, что в уголовном законе употребляется понятие «посредственный исполнитель» лишь по той простой причине, что соответствующая норма конкретизирует преступную деятельность соучастника, заключающуюся в выполнении объективной стороны преступления. То есть именно термин «посредственный причинитель» наиболее уместно применять в отношении лиц, совершивших преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности, поскольку по смысловому содержанию «причинитель» включает в себя как соучастников преступления, так и лиц, совершивших преступление единолично.

Вместе с тем при формулировании категории «посредственный причинитель» недостаточно определиться только с названием лица, совершившего преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности. Необходимо также разрешить вопрос о видах посредственного причинения.

Конкретизировать виды посредственного причинения следует исходя из буквального содержания ч. 2 ст. 33 УК РФ. В уголовном законе прямое указание дается лишь на два вида посредственного причинения — использование посредственным причинителем при совершении преступления малолетних и невменяемых лиц.

Остальные виды посредственного причинения УК РФ не называет. В понятии «посредственный исполнитель» — «лицо, совершившее пре-

ступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом» (ч. 2 ст. 33 УК РФ), — содержится оценочный признак «другие обстоятельства, предусмотренные настоящим Кодексом», который представляется возможным заменить, обратившись к обстоятельствам, при которых уголовная ответственность не наступает.

Обстоятельства, при наступлении которых лицо не подлежит уголовной ответственности, закреплены в разных главах Общей части УК РФ. Так, нормы, в соответствии с которыми ответственность не наступает, предусмотрены: — главой 3 «Понятие преступлений и виды преступлений» — малозначительность деяния (ч. 2 ст. 14 УК РФ);

— главой 4 «Лица, подлежащие уголовной ответственности» — недостижение установленного законом возраста (ст. 20 УК РФ), невменяемость (ст. 21 УК РФ);

— главой 5 «Вина» — невиновное причинение вреда (ст. 28 УК РФ);

— главой 6 «Неоконченное преступление» — добровольный отказ от совершения преступления (ст. 31 УК РФ);

Глава же 8 УК РФ целиком посвящена видам обстоятельств, исключающим преступность деяния. Их шесть: необходимая оборона (ст. 37 УК РФ), причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ), крайняя необходимость (ст. 39 УК РФ), физическое или психическое принуждение (ст. 40 УК РФ), обоснованный риск (ст. 41 УК РФ), исполнение приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ).

Впрочем, далеко не все виды обстоятельств, при которых уголовная ответственность исключается, составляют содержание оценочного признака в ч. 2 ст. 33 УК РФ. На протяжении долгого времени и по сегодняшний день в уголовно-правовой доктрине консенсуса по данному вопросу между учеными не достигнуто.

Так, Н. В. Баранков полагает, что посредственный причинитель может использовать при совершении преступления малолетнего, невменяемого, лицо, причиняющее вред в результате физического или психического принуждения, лицо, исполняющее приказ или распоряжение, а также лицо, причиняющее вред

невиновно в силу ошибки относительно фактических обстоятельств содеянного16.Д. А. Лунь-ков определяет следующие виды посредственного причинения: использование в качестве орудия преступления лица, неспособного осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими в силу возраста или невменяемости; вменяемого лица, действовавшего под влиянием обмана (заблуждения); лица, действовавшего под влиянием физического или психического принуждения; лица, действовавшего во исполнение приказа или распоряжения17 .

С. Ф. Милюков считает: «.законодатель упустил из поля зрения ситуации, когда посредственное причинение выражается в использовании (без их ведома) лиц, способных нести ответственность. Речь идет о неосторожной форме вины. Скажем, убийца подменяет ампулы в коробке с лекарствами на средства, противопоказанные больному, а медсестра, не обратив внимания на другую маркировку, делает пациенту смертельную инъекцию»18. Некоторые специалисты не согласны с данной позицией, и мы в том числе, исключая посредственное причинение в результате преступления, совершенного лицом по неосторожности19 .

Думается, к посредственному причинению имеют отношение только физическое или психическое принуждение, исполнение приказа или распоряжения и невиновное причинение вреда, поскольку они, равно как недостижение возраста и невменяемость, характеризуются отсутствием волевого и (или) интеллектуального моментов вины.

Посредственное причинение, совершенное путем использования лица, действовавшего под воздействием физического или психического принуждения, построено на отсутствии у такого лица волевого момента вины. Посредственные причинители, как правило, осознают общественную опасность

своего деяния, понимают, что выступают орудием воли другого лица, однако в силу физического или психического воздействия со стороны посредственного причинителя не могут руководить своими действиями по собственному усмотрению.

Под принуждением в уголовно-правовой литературе принято понимать незаконное физическое или психическое воздействие, направленное на подавление воли потерпевшего с целью склонить к совершению определенных действий либо воздержаться от их совершения. Е. Г. Веселов принуждение определяет как предъявление лицу требования, подкрепленного насилием или угрозой его применения, и деятельность по выполнению этого требования20. Случаи совершения преступления лицом, использующим для совершения преступления другое лицо, не подлежащее уголовной ответственности в силу физического или психического принуждения, автор рассматривает в качестве одного из видов посредственного причинения, поскольку такие лица, совершая преступление, действуют не по собственному желанию, а по требованию посредственного причинителя.

Посредственное причинение, совершенное путем использования лица, действовавшего во исполнение приказа или распоряжения, характеризуется отсутствием у него интеллектуального момента вины.

Для исключения уголовной ответственности по основанию, предусмотренному в рамках ст. 42 УК РФ, необходимо наличие законного приказа, отданного соответствующим должностным лицом.

Вопрос об уголовной ответственности лица, причинившего вред в результате исполнения обязательного для него приказа или распоряжения, решается в зависимости от вида исполняемого приказа или распоряжения: законного, незаконного либо преступного.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

16 Баранков Н. В. Указ. соч. С. 15.

17 Луньков Д. А. Посредственное причинение вреда. С. 100—101.

18 Милюков С. Ф. Российское уголовное законодательство: опыт критического анализа. СПб., 2000. С. 79.

Законный приказ отдается подчиненному в рамках компетенции с соблюдением установленной формы. В незаконном приказе происходит нарушение одного из условий обязательного приказа и в результате — нарушение закона. Преступный приказ — разновидность незаконного приказа, предполагающая совершение общественно опасного деяния, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Посредственно используемые лица, действующие во исполнение приказа или распоряжения, не осознают и по обстоятельствам дела не могут осознавать общественной опасности содеянного ввиду выполнения профессионального поручения по долгу службы. Посредственный причинитель понимает, что подчиненный на момент совершения преступления не имеет представления относительно общественной опасности исполняемого приказа или распоряжения.

При посредственном причинении отсутствие интеллектуального момента вины в содеянном лицом, действовавшим во исполнение приказа или распоряжения, соответственно, означает исключение и волевого компонента вины, поскольку лицо, выполнившее объективную сторону преступления, находится в состоянии неведения об истинных намерениях посредственного причинителя и, как следствие, не осознает и по обстоятельствам дела не может осознавать факт совершения преступления в результате своих действий (бездействия).

Посредственное причинение может быть совершено путем использования лица, невиновно причинившего вред. Такое лицо пребывает в состоянии заблуждения, которое вызвано у него отсутствием осознания характера и степени общественной опасности своего деяния и предвидения наступления преступного результата.

Особенность состояния заблуждения лица, невиновно причинившего вред, в контексте посредственного причинения проявляется в том, что именно посредственный причинитель умышленно вводит в состояние заблуждения лицо, невиновно причинившее вред, используя обман либо злоупотребление доверием.

Под обманом в самом общем смысле принято понимать сознательное искажение истины либо умолчание об истине, состоящее в сокрытии фактов или обстоятельств. Н. А. Ло-пашенко, характеризуя обман как способ совершения преступления, верно заключает: «Заведомо ложная оценка чего-либо из уст взрослого вполне может повлиять на принятие неверного решения подростком и передачу им преступнику своего или чужого имущества. Точно так же ложная оценка, прозвучавшая от человека, авторитетного для потерпевшего по каким-либо основаниям, может стать основой для передачи имущества преступнику»21. Под злоупотреблением доверием как способом совершения преступления Н. А. Лопашенко понимает «использование виновным… особых, доверительных отношений, сложившихся между ним и потерпевшим в силу каких-либо обстоятельств»22

Итак, использование лиц, действовавших под воздействием физического или психического принуждения, во исполнение приказа или распоряжения, невиновно причинивших вред, для совершения преступления общественно опасно ровно настолько, насколько общественно опасно и совершение преступления посредством использования малолетнего или невменяемого, ведь посредственный причини-тель понимает, что сознательно посредственно используемое лицо не обладает одновременно интеллектуальным и волевым моментами вины. В этой связи находим справедливым признать использование при совершении преступления вышеобозначенных лиц самостоятельными видами посредственного причинения.

Исчерпывающий перечень видов посредственного причинения позволяет рассматривать посредственных причинителей как лиц, совершивших преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжение, невиновного причинения вреда.

Таким образом, на основании изложенного пришли к выводу о нецелесообразности полного исключения нормы о посредственном

21 Лопашенко Н. А. Посягательства на собственность : монография. М., 2012.

22 Там же.

исполнителе, поскольку посредственное причинение имеет место как в индивидуально совершаемых преступлениях, так и в преступлениях, совершаемых в соучастии. Соучастие при посредственном причинении — явление хотя и редкое, но все же возможное. Например, двое подстрекают к совершению преступления лицо, не достигшее возраста уголовной ответственности; в таких нетипичных ситуациях квалификация содеянного виновными лицами разрешается по правилам соучастия в преступлении — подстрекатели понесут ответственность как соисполнители за преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Поэтому настаиваем на сохранении понятия «посредственный исполнитель», имеющего отношение к соучастию в преступлении, в действующей норме (ч. 2 ст. 33 УК РФ), а также на закреплении в уголовном законе в самостоятельной норме понятия «посредственный причинитель», отражающего совершение преступления путем посредственного причинения лицом индивидуально.

Для того чтобы разграничивать категории «посредственный исполнитель» и «посредственный причинитель», соответственно следует, изменить действующую редакцию ч. 2 ст. 33 УК РФ: заменить оценочный признак

«другие обстоятельства, предусмотренные настоящим Кодексом» на виды посредственного причинения:

«2. Исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление совместно с другими лицами, не подлежащими уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения, невиновного причинения вреда».

В целях совершенствования специального вида уголовно-правового причинения — посредственного — предлагаем ввести в Уголовный кодекс Российской Федерации главу 7.1 «Специальные виды причинения», статья 36.1 «Посредственное причинение» которой может быть изложена в следующей редакции:

«1. Посредственным причинителем признается лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения, невиновного причинения вреда».

БИБЛИОГРАФИЯ

1 Баранков Н. В. Посредственное исполнение преступления : автореф. дис. … канд. юрид. наук. — СПб., 2001. — 20 с.

2 . Веселов Е. Г. Физическое или психическое принуждение как обстоятельство, исключающее преступ-

4 . ГалиакбаровР. Р. Квалификация групповых преступлений / отв. ред. В. И. Артемов. — М., 1980. — 80 с.

5 . Гамкрелидзе О. К. Соисполнительство и посредственное исполнительство по советскому уголовному

праву : автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Тбилиси, 1973. — 19 с. (на груз. языке).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6 . Данелян Р. С. Квалификация преступлений, совершенных в соучастии : учебное пособие. — М.,

2012. — 108 с.

7. Ковалев М. И. Соучастие в преступлении. — Свердловск, 1960. — 288 с.

вой. — М., 2002. — Т. 1 : Учение о преступлении. — 624 с. 11 . Лопашенко Н. А. Посягательства на собственность : монография. — М., 2012.

12 . Луньков Д. А. Место и название института посредственного причинения вреда требуют уточнения //

Российский юридический журнал. — 2011. — № 5. — С. 111—119.

13 . Луньков Д. А. Посредственное причинение вреда: уголовно-правовые и криминологические аспек-

ты : дис. … канд. юрид. наук. — Екатеринбург, 2013. — 207 с. 14. Лучший учебник уголовного права (Общая часть). — СПб., 2011. — 824 с.

15 . Милюков С. Ф. Российское уголовное законодательство: опыт критического анализа. — СПб., 2000. — 279 с.

16. Общая часть уголовного права: состояние законодательства и научной мысли / под ред. Н. А. Лопа-шенко. — СПб., 2009. — 785 с.

17. Тарасова Е. В. Освещение института соучастия в новом уголовном законодательстве // Актуальные проблемы правоприменительной практики в связи с принятием нового УК РФ : сб. материалов науч.-практ. конф. — Красноярск, 1997. — С. 68—73.

18 . Тельнов П. Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. — М., 1974. — 208 с.

19 . Трайнин А. Н. Учение о соучастии. — М., 1941. — 158 с.

20 . Трайнин А. Н. Состав преступления по советскому уголовному праву. — М., 1951. — 386 с.

21. Уголовное право России. Общая часть : учебник. — 2-е изд., испр. и доп. / под ред. В. П. Ревина. — М., 2010. — 496 с.

22 . Шатов С. А. Соучастие в преступлении : учебное пособие.— СПб., 2012. — 215 с.

23 . Шеслер А. В. Уголовно-правовые средства борьбы с групповой преступностью. — Красноярск,

1999. — 76 с.

Материал поступил в редакцию 2 ноября 2015 г.

430027, Russia, Saransk, Transportnaya Str., 17, office 211.

REFERENCES (TRANSLITERATION)

1 . Barankov N. V. Posredstvennoe ispolnenie prestuplenija : avtoref. dis. … kand. jurid. nauk. — SPb., 2001. —

20 s .

2 . Veselov E. G. Fizicheskoe ili psihicheskoe prinuzhdenie kak obstojatel’stvo, iskljuchajushhee prestupnost’

dejanija : dis. … kand. jurid. nauk. — Krasnodar, 2002. — 198 s.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4 . Galiakbarov R. R. Kvalifikacija gruppovyh prestuplenij / otv. red. V. I. Artemov. — M., 1980. — 80 s.

5 . Gamkrelidze O. K. Soispolnitel’stvo i posredstvennoe ispolnitel’stvo po sovetskomu ugolovnomu pravu :

avtoref. dis. … kand. jurid. nauk. — Tbilisi, 1973. — 19 s. (na gruz. jazyke).

8 . Kozlov A. P. Novoe ugolovnoe zakonodatel’stvo po UK RF 1996 goda. Ponjatie prestuplenija. Souchastie.

11 . Lopashenko N. A. Posjagatel’stva na sobstvennost’ : monografija. — M., 2012.

12 . Lun’kovD. A. Mesto i nazvanie instituta posredstvennogo prichinenija vreda trebujut utochnenija // Rossijskij

juridicheskij zhurnal. — 2011. — № 5. — S. 111—119.

14. Luchshij uchebnik ugolovnogo prava (Obshhaja chast’). — SPb., 2011. — 824 s.

15 . MiljukovS. F. Rossijskoe ugolovnoe zakonodatel’stvo: opyt kriticheskogo analiza. — SPb., 2000. — 279 s.

16. Obshhaja chast’ ugolovnogo prava: sostojanie zakonodatel’stva i nauchnoj mysli / pod red. N. A. Lopashenko. — SPb., 2009. — 785 s.

18 . Tel’nov P. F. Otvetstvennost’ za souchastie v prestuplenii. — M., 1974. — 208 s.

19 . Trajnin A. N. Uchenie o souchastii. — M., 1941. — 158 s.

Оставьте комментарий