Судебная практика по ст 152 ГК РФ

29 марта 2016 г. 18:16

Верховный Суд РФ изучил судебную практику по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации за последние пять лет

29 марта Верховный Суд РФ опубликовал «Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации» за период с 2010 по 2015 г. Как сообщается в обзоре, данные судебной статистики свидетельствуют о стабильном числе таких дел, рассматриваемых ежегодно: в среднем в год рассматривается 5000 дел в судах общей юрисдикции и 800 дел в арбитражных судах.

«Анализ материалов судебной практики в целом свидетельствует о сложившемся единообразии в рассмотрении дел данной категории», – отмечается в документе. Однако при этом ВС РФ подчеркнул, что допускаемые судами ошибки и возникающие у них вопросы подтверждают необходимость обратить внимание на ряд моментов.

1. Если сторонами спора о защите деловой репутации являются юрлица или ИП в сфере, не относящейся к предпринимательской и иной экономической деятельности, такой спор относится к компетенции судов общей юрисдикции.

2. К компетенции арбитражных судов относится рассмотрение дел о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности независимо от субъектного состава участников спорных отношений.

3. Факт распространения не соответствующих действительности, порочащих честь и достоинство сведений может быть подтвержден любыми доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.

4. Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

5. При решении вопроса о том, носят ли оспариваемые истцом сведения порочащий характер, а также для оценки их восприятия с учетом того, что распространенная информация может быть доведена до сведения третьих лиц различными способами, судам в необходимых случаях следует назначать экспертизу или привлекать для консультации специалиста.

6. При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

7. Лицо, распространившее те или иные сведения, освобождается от ответственности, если докажет, что такие сведения в целом соответствуют действительности. При этом не требуется доказывать соответствие действительности каждого отдельно взятого слова или фразы в оспариваемом высказывании. Ответчик обязан доказать соответствие действительности оспариваемых высказываний с учетом буквального значения слов в тексте сообщения. Установление того, какие утверждения являются ключевыми, осуществляется судом при оценке сведений в целом.

8. Критика деятельности лиц, осуществляющих публичные функции, допустима в более широких пределах, чем в отношении частных лиц.

9. Требования истца о защите чести и достоинства не подлежат удовлетворению, если им оспариваются сведения, изложенные в официальном обращении ответчика в государственный орган или к должностному лицу, а само обращение не содержит оскорбительных выражений и обусловлено намерением ответчика реализовать свое конституционное право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления.

10. СМИ не несет ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию, если оно дословно воспроизвело сообщение, опубликованное другим СМИ, и если не будет доказано, что оно знало или должно было знать о том, что распространяемые сведения не соответствуют действительности.

11. В том случае, когда невозможно установить лицо, распространившее порочащие сведения, заявление о признании таких сведений не соответствующими действительности рассматривается в порядке особого производства.

12. Ущерб деловой репутации организации может быть причинен распространением порочащих сведений – как о самой организации, так и в отношении лиц, входящих в ее органы управления, а также работников этой организации.

13. В случае реорганизации юридического лица с иском о защите его деловой репутации вправе обратиться правопреемник либо учредитель юрлица.

14. Распространение ложных сведений о товарном знаке, под которым производится продукция истца, умаляет деловую репутацию истца, даже если сам истец не назван в публикации.

15. Распространение ложной информации о введении процедуры банкротства в отношении юридического лица, наличии у него значительных долгов наносит ущерб его деловой репутации.

16. В случае, если порочащие сведения, размещенные на сайте в интернете, признаны судом не соответствующими действительности, владелец сайта или иное управомоченное им лицо, которое размещает информацию на этом сайте, обязаны удалить такие сведения по заявлению потерпевшего.

17. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в процессуальных документах, для обжалования которых предусмотрен иной установленный законом судебный порядок.

18. Присуждение денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации должно отвечать цели, для достижения которой установлен данный способ защиты неимущественных прав граждан. Сумма компенсации морального вреда должна отвечать требованиям разумности, справедливости и быть соразмерной последствиям нарушения.

19. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. Размер подлежащих возмещению убытков в таком случае определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости, соразмерности и в целях устранения последствий допущенного нарушения.

20. Привлечение лица к административной ответственности за оскорбление (ст. 5.61 КоАП РФ) не является основанием для освобождения его от обязанности денежной компенсации, причиненного потерпевшему морального вреда в соответствии со ст. 151 ГК РФ.

Поделиться Прямая ссылка на материал: Поделиться: Поделиться

Верховный суд РФ опубликовал на своем сайте обзор судебной практики, где, в частности, дал разъяснения о подведомственности дел по защите деловой репутации адвокатских образований и их членов, а также о порядке рассмотрения споров о защите чести и достоинства в случае, когда нельзя установить распространителя недостоверных порочащих сведений. Документ утвержден Президиумом суда 16 марта.

В обзоре проанализирована практика рассмотрения судами в 2010-2015 годах дел о защите чести, достоинства и деловой репутации. Согласно статистике, в среднем в год рассматривается 5000 дел в судах общей юрисдикции и 800 дел в арбитражных судах, разрешающих споры о защите репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По итогам изучения судебной практики ВС пришел к выводу, что при рассмотрении требований о защите чести, достоинства и деловой репутации суды в основном правильно применяли законодательство, регулирующее спорные отношения. Однако допускаемые судами ошибки и возникающие у них вопросы указывают на необходимость обратить внимание на следующие аспекты.

В частности, ВС отмечает, что в случае, если сторонами спора о защите деловой репутации являются юрлица или индивидуальные предприниматели в сфере, не относящейся к предпринимательской и иной экономической деятельности, такой спор относится к компетенции судов общей юрисдикции.

Специализированная коллегия адвокатов Москвы «Призывник» обратилась в Арбитражный суд Московского округа с иском к интернет-компании «Яндекс» о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истца и адвокатов-членов этого адвокатского образования текстовых сообщений поисковой системы.

Суд при вынесении решения руководствовался положениями пункта 5 части 1 статьи 33, пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, а также положениями закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Кроме того, была принята во внимание правовая позиция, изложенная в пункте 3 постановления Пленума ВС от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», согласно которой, если сторонами спора о защите деловой репутации являются юрлица или индивидуальные предприниматели в сфере, не относящейся к предпринимательской и иной экономической деятельности, то такой спор подведомственен суду общей юрисдикции. В итоге производство по делу было прекращено в связи с неподведомственностью спора арбитражному суду.

При этом суд исходил из того, что адвокатская деятельность не является предпринимательской. Истец – коллегия адвокатов – является некоммерческой организацией, основанной на членстве и действующей на основании заключаемого ими учредительного договора, и не преследует целей извлечения прибыли. С учетом этого суд пришел к выводу, что заявленные исковые требования не подпадают под категорию споров о защите деловой репутации, рассматриваемых арбитражными судами применительно к пункту 5 части 1 статьи 33 АПК РФ (постановление АС МО от 14 апреля 2015 года по делу № А40-48978/14).

Анализируя другое дело, ВС указывает, что в том случае, когда невозможно установить лицо, распространившее порочащие сведения, заявление о признании таких сведений не соответствующими действительности рассматривается в порядке особого производства. Если в ходе разбирательства, осуществляемого в порядке особого производства, будет установлено лицо, распространившее оспариваемые порочащие сведения, суд оставляет указанное заявление без рассмотрения.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию заявителя сведений, распространенных в интернете. Оставляя иск без движения, суд первой инстанции в определении сослался на то, что в заявлении отсутствуют сведения об ответчике, а именно о его наименовании и местонахождении. Впоследствии заявление было возвращено истцу на основании пункта 4 части 1 статьи 129 АПК РФ, поскольку он не устранил в срок обстоятельства, послужившие основанием для оставления заявления без движения.

Девятый арбитражный апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции, а вопрос направил на новое рассмотрение. Обращаясь в арбитражный суд первой инстанции, общество указывало на невозможность идентифицировать лицо, распространившее сведения в сети. Согласно позиции, изложенной в пункте 2 постановления Пленума ВС от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юрлиц», защита чести, достоинства и деловой репутации лица, в отношении которого распространены недостоверные порочащие сведения, не исключается даже в случае, когда невозможно установить распространителя таких сведениий (например, при направлении анонимных писем либо распространении сведений в интернете лицом, которое невозможно идентифицировать).

Такое заявление рассматривается в порядке особого производства. Таким образом, подчеркивает ВС, у арбитражного суда первой инстанции не имелось оснований, предусмотренных пунктом 4 части 1 статьи 129 АПК РФ, для возвращения заявления (постановление 9-го ААС от 6 марта 2013 года по делу № А40-138780/12-19-1171).

С полным текстом Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации можно ознакомиться .

С развитием информационных технологий каждый человек имеет возможность распространять информацию любого содержания среди неограниченного круга людей. Однако такая «свобода действий» приводит или может привести к неправомерному злоупотреблению такой возможностью.

Процедура по восстановлению прав, нарушенных распространением недостоверной информации, возможна в досудебном порядке, однако, в большинстве случаев единственной возможностью восстановления прав является обращение за защитой в суд.

Конечно, не все обещания «судиться за свою честь» завершаются хотя бы подачей искового заявления, как на примере секретаря Бориспольского городского совета, который сначала обещал громкий процесс против Президента Украины, однако в дальнейшем изменил планы, и иск не подавал.

Напротив, мэр г. Черкасс, после высказывания Президента Украины 20 мая 2020 на пресс — конференции по итогам года о нем: «Я не могу говорить о мэре Черкасс. Я не знаю даже, как говорить, когда городской голова 19 уголовных производств. Кто это? Я за один стол с такими бандитами не сяду. Его выбрали, это народ. Это право народа Украины. Пожалуйста, выбирайте бандитов, если хотите «, подал два иска в Печерский районный суд. Киева о защите чести, достоинства, деловой репутации и о взыскании морального ущерба. На сегодня в производстве Печерского районного суда города Киева находятся два дела № 757/25 369/20-ц (о защите чести, достоинства и деловой репутации, путем опровержения недостоверной информации) и № 757/21708/20-ц (о взыскании морального ущерба). Результаты рассмотрения указанных судебных дел еще нет, поэтому пока преждевременно делать выводы о причинении вреда чести, достоинства и деловой репутации мэру г. Черкасс высказываниями Президента Украины.

Одновременно, бывший Председатель Правления ПАО КБ «ПриватБанк» решил признавать недостоверной и унижающей честь, достоинство и деловую репутацию информацию, которая была распространена на пресс-конференции новым руководством банка: «Все 36 кредитов были … подписанные Председателем Правления Банка с превышением полномочий, которые предоставлялись ему соответствующими документами Банка «. Печерский районный суд. Киева и Апелляционный суд. Киева поддержали истца и признали, что такая информация является недостоверной и такой, что унижает его честь, достоинство и деловую репутацию, однако Верховный Суд не согласился с такой позицией нижестоящих судов.

Верховный Суд отменил решение как Печерского районного суда. Киева, так и Постановление Апелляционного суда. Киева и отказал в удовлетворении исковых требований бывшего Председателя Правления ПАО КБ «ПриватБанк» (Постановление Верховного Суда от 27.05.2020 по делу № 757/72390/17-ц), мотивируя тем, что «информация, распространенная на пресс-конференции Председателя Правления ПАО КБ » ПриватБанк «в отношении истца, является общественно значимой, то есть , она была предметом общественного интереса на время распространения такой информации, поскольку касалась национализации крупнейшего частного банка страны, такое право общественности знать эту информацию преобладает над правом истца на ее защиту, а потому, такое распространение информации соответствует практике применения Европейским судом по правам человека статьи 8 конвенции о защите прав человека и основных свобод. Несмотря на то, что информация, которую желает опровергнуть истец, не содержит фактических данных, а является выражением субъективного мнения и взглядов, направленных на критическую оценку определенных действий, то есть являются оценочными суждениями, которые не подлежат опровержению и доказыванию относительно их правдивости и по своей сути касается информированием общественности об общественно значимое событие, то заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат».

Татьяна Осийчук

То есть, Верховный Суд применил подход согласно которому общественный интерес к национализации крупнейшего частного банка Украины ставится на ряд выше защите чести и достоинства личности. Очевидно, что Верховный Суд приравнивает бывшего Председателя Правления ПАО КБ «ПриватБанк» к публичному лицу, потенциально может подвергаться острой и сильной общественной критики в СМИ. Кроме того, Верховный Суд в отличие от первой и апелляционной инстанции квалифицирует высказывания как оценочное суждение, а не фактическое утверждение. В этом деле ни одна экспертиза не проводилась, в том числе и лингвистическая, которая обычно проводится в таких делах. Возможно, проведение экспертизы изменило бы акценты рассмотрения дела, в частности относительно выяснения вопроса относительно фактических утверждений.

Очевидно, что политические деятели и должностные лица, занимающие политические (публичные) должности или осуществляют публичную власть, подлежат тщательному общественному контролю и потенциально могут испытать острую и сильную общественную критику в СМИ. Решение ЕСПЧ «Обершик против Австрии», «Принцесса фон Ганновер против Германии», которыми фактически разрешено беспощадную критику публичных лиц находят свое отражение в решениях национальных судов, в частности в решениях Верховного Суда (Постановление Верховного Суда от 25.02.2020 по делу дело №727/6371/17).

Однако, стоит разграничивать «острую и сильную общественную критику» от утверждений о совершении публичным лицом действий, содержащих признаки преступления. В частности, Верховный Суд по делу № 761/37180/17 четко разграничил возможность критики публичного лица, и утверждение о совершении преступления публичным лицом. Так, Верховный Суд подтвердил, что при отсутствии приговора суда распространения информации на телевизионном канале «Интер» о совершении рейдерских и других действий, содержащих признаки преступления лицом, занимала должность заместителя начальника Главного следственного управления Национальной полиции Украины («Рейдерство, вымогательство денег, фальсификация уголовных дел с целью отжима бизнеса. За три года в кресле замначальника Главного следственного управления Нацполицы ЛИЦО_3 выстроил целый коррупционный конвейер по поставке миллионов долларов для верхушки МВД «) является порочащей честь, достоинство и деловую репутацию лица. Однако, распространенная информация относительно отдыха публичного лица («Только за последний год ЛИЦО_3 летал в Франкфурт, Анталию, Цюрих, Милан, Амстердам, Будапешт, Сплит, Женеву. Неделя там был. И еще вопрос — с какой целью украинский чиновник, занимающий высокий пост в МВД, в 2014-м, и 15-м летал в Москву и с кем встречался? «,» Полицейский на рабочем месте бывает редко, дольше пяти ужин не задерживается. По утрам он в фитнес — центре, в дневное время в дорогих ресторанах столицы») не может считаться порочащей честь и достоинство и деловую репутацию лица.

С развитием интернет-технологий большинство информации размещается именно на сайтах. Если информация, которую Вы считаете недостоверной, размещен на веб-сайте, прежде всего, нужно зафиксировать такое размещение (фиксация содержания веб-страниц), а во — вторых, необходимо установить владельца флеш и автора статьи. Заметим, что без установления данных о подтверждении размещения информации, автора и владельца веб-сайта, Вам откажут в удовлетворении иска (Постановление Верховного Суда от 30.09.2019 по делу № 742/1159/18).

По поводу фиксации содержания веб-страниц и установления владельца веб-сайта, можно обращаться к Дочернему предприятию «Центр компетенции адресного пространства сети Интернет» Консорциума «Украинский центр поддержки номеров и адресов». Указанный Центр оказывает услуги по фиксации и исследования содержания веб-страниц в сети Интернет на основании порядка предоставления услуг по проведению фиксации и исследования содержания веб-страниц в сети Интернет, утвержденного объединением предприятий «Украинский сетевой информационный центр» (ОП УСИЦ) от 01 Август 2016 года ОП УСИЦ уполномочен осуществлять администрирование адресного пространства украинского сегмента сети Интернет в соответствии со статьей 56 Закона Украины «О телекоммуникациях» и распоряжения КМ Украины от 22 июля 2003 года № 447-р «Об администрировании домена» .UA «и в целях содействия защите прав лиц от нарушений в сети Интернет аккредитировало и подтвердило компетентность УЦПНА в осуществлении им функций Центра компетенции адресного пространства украинского сегмента сети Интернет.

Учитывая, что в соответствии с уставом ОП УСИЦ и другими публичными документами, являются обязательными для соблюдения объединением, последнее не может оказывать услуги третьим лицам в случае, если для предоставления таких услуг оно аккредитировало другие организации, а следовательно направляет лиц, обращающихся и суды обращаться в центр компетенции УЦПНА за получением информации, в том числе, о владельцах сайта.

Так, важным по делам о защите чести, достоинства, деловой репутации является установление владельца сайта, где размещается такая информация, автора информации и подтверждения ее размещения.

В категории дел о защите чести, достоинства, деловой репутации необходимо помнить о невозможности обязательства публичного извинения за распространение сведений, не соответствующих действительности. Суд не вправе обязывать ответчика извиняться перед истцом в той или иной форме, поскольку принудительное извинения как способ судебной защиты достоинства, чести или деловой репутации за распространение недостоверной информации не предусмотрено в статьях 16, 277 ГК Украины (Постановление Верховного Суда от 20.02.201 по делу № 401/573/17). Аналогичная правовая позиция о невозможности обязательства публичного извинения за распространение недостоверной информации высказана ЕСПЧ по делу «Редакция газеты» Правое дело «и Штекель против Украины».

Из анализа судебной практики усматривается эффективным способ защиты — опровержение недостоверной информации способом аналогичным распространению такой информации, или же максимально приближенным к такому способу.

Признание обнародованной информации нарушающей личные неимущественные права что наносит вред деловой репутации лица является в некоторых спорах достаточной сатисфакцией нанесенный ему моральный ущерб. (Постановление ВСУ от 28.03.2018 года по делу № 761/8035/16-ц)

В то же время, достаточно часто лишь опровержения недостоверной информации не является достаточным способом защиты своих прав, поэтому, нередко, именно требование о возмещении морального ушерба является сопутствующим требованием и гарантированным правом согласно ч 4. ст.32 Конституции Украины для обеспечения защиты своих прав.

По делу «Юрий Николаевич Иванов против Украины» (заявление N 40450/04, п. 64, от 15 октября 2009 года) Европейский суд по правам человека отметил, что средства правовой защиты, которого требует статья 13 должно быть «эффективным» как с практической, так и с правовой точки зрения, то есть таким, что или предотвращает предполагаемого нарушения или его повторения в дальнейшем, или обеспечивает адекватное возмещение за то или иное нарушение,

Верховный Суд в постановлении от 10.04.2019 по делу №464 /3789/17 сделал вывод, что «..адекватне возмещения вреда, в том числе и морального, за нарушение прав человека является одним из эффективных средств правовой защиты. Моральный ущерб заключается в страдании или унижении, которые человек получил в результате противоправных действий. Страдания и унижения — эмоции человека, содержанием которых является боль, мука, тревога, страх, беспокойство, стресс, разочарование, чувство несправедливости, длительная неопределенность, другие негативные переживания. Однако, не все негативные эмоции достигают уровня страдания или унижения, которые причиняют моральный ущерб. Оценка этого уровня зависит от всех обстоятельств дела, свидетельствующих о мотивах противоправных действий, их интенсивность, продолжительность, повторяемость, физические или психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья потерпевшего».

Таким образом, адекватное возмещение ущерба, в том числе и морального, за нарушение прав человека является одним из эффективных средств правовой защиты.

Ирина Кепич

Общепринятой судебной практикой является отказ в возмещении морального ущерба при отсутствии достаточных доказательств, однако среди реестра судебных решений, есть так называемые «прецедентные», где суд удовлетворял требования о возмещении морального ущерба.

В частности, в решении 26 мая 2020 года, по делу №343/1646/18 суд первой инстанции обязал возместить причиненный моральный ущерб в размере 63 760, 50 грн. В дальнейшем решение не было отменено вышестоящими судебными инстанциями.

В данном деле лицо обратилась в суд с иском о защите чести, достоинства, деловой репутации и взыскании морального ущерба в связи с тем, что ответчик с использованием нецензурной лексики публично (при посетителях) оскорбил истца. Последний считал, что его честь и достоинство было унижено, что является основанием для их защиты так и для возмещения морального ущерба. Удовлетворяя исковые требования суд первой инстанции использовал как надлежащее доказательство заключение судебно-психологической экспертизы: «… по результатам проведения судебно-психологической экспертизы по материалам гражданского дела … ситуация исследуемого судом, является психотравмирующей .., а именно сказанные ему слова:» Глухой, ли, Б.Я, за.бав ты уже всех, понимаешь или нет, приходишь, ху.ньою занимаешься «,» … что я тебе угрожаю «,» … что ты глупый «, в силу индивидуально-психологических особенностей субъективного восприятия вызвали ему психологические страдания». При этом, эксперт определил и ориентировочно- рекомендованную сумму, которую в итоге и было возмещено.

Однако, необходимо четко разделять споры с участием публичных лиц, которые составляют определенную роль в общественной жизни, следовательно предел допустимой критики в отношении их, как публичных лиц, значительно шире, чем отдельных лиц (Постановление ВСУ 18 марта 2020 по делу № 725/6601/18). Высказывания такими публичными лицами с использованием нецензурной лексики являются лишь свободой выражения мнений. В частности, по делу от 6 октября 2015 «Карпюк и другие против Украины» (Karpyuk and others v. Ukraine), свобода выражения мнений является одной из важных составляющих демократического общества и одним из базовых условий прогресса общества в целом и самореализации каждого отдельного человека. В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции она касается не только «информации» или «идей», которые воспринимаются с одобрением рассматриваются как безобидные либо нейтральные, но и тех, которые могут оскорблять, шокировать. Именно таковы требования плюрализма, толерантности и широты взглядов, без которых нет «демократического общества».

Поэтому, опираясь на практику применения, необходимо как можно лучше использовать процессуальные права, предусмотренные законодательством, в частности — заявлять ходатайство о проведении экспертизы.

Необходимо обратить особое внимание на выбор вида экспертизы, что впоследствии будет иметь минимум юридических моментов для обжалования в апелляционном порядке и соответственно отсутствие оснований для затягивания процесса.

И если проведение судебной психологической экспертизы не составляет особой сложности. Установить, какую же форму имеет выражение, утверждение или оценочное суждения, не так просто, поэтому для этого необходимы специальные знания в области лингвистики. Именно лингвистическая экспертиза призвана помочь суду выяснить это важно для рассмотрения дела вопрос.

Лингвистическая экспертиза в соответствии с п.1.2.1 раздела I Инструкции о назначении и проведении судебных экспертиз и экспертных исследований и Научно-методических рекомендаций по вопросам подготовки и назначения судебных экспертиз и экспертных исследований, утвержденных приказом Министерства юстиции Украины от 08.10.1998 № 53/5 , является подвидом криминалистической экспертизы, которая осуществляется государственными специализированными учреждениями. Аналогичная позиция по экспертного учреждения в проведении лингвистической экспертизы высказана в постановлении Винницкого апелляционного суда от 26.12.2019 г.. по делу № 128/1133/17.

В соответствии со ст. 7 Закона Украины «О судебной экспертизе» исключительно государственными специализированными учреждениями осуществляется судебно-экспертная деятельность, связанная с проведением криминалистических экспертиз.

Таким образом, при подаче ходатайства на проведение лингвистической экспертизы, руководствоваться нужно исключительным перечнем субъектов судебно-экспертной деятельности, согласно ст.7 Закона Украины «О судебной экспертизе».

Как свидетельствуют реалии юридической практики, наличие гарантированных прав, не означает их возможной реализации. Однако, эффективное применение всех допустимых способов и процессуальных прав беспрекословно иметь больше шансов на успешное разрешение спора в Вашу пользу.

Татьяна Осийчук

Адвокат

ООО «ЛІГА:ЗАКОН»

Ирина Кепич

Адвокат АО «Коларес»

VitalikRadko / .com

Девятый ААС (апелляционная инстанция) отказался рассматривать заявление клиники о признании распространенных в сети сведений (отзывов пациентов) не соответствующими действительности, после того как в дело вмешался владелец сайта, на котором опубликованы эти отзывы (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 ноября 2018 г. № 09АП-43429/18).

Напомним, что законодательство РФ предусматривает две процессуальные возможности опровергнуть сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию: «простой» и «сложный».

«Сложный» путь предполагает, что безвинно опороченное лицо само отыщет обидчика и вчинит ему иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, то есть о признании сведений не соответствующими действительности, порочащими деловую репутацию, и об их опровержении (п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса). Обидчик же будет принужден доказывать, что спорные сведения соответствуют действительности. Такой иск рассматривается в обычном – исковом – порядке.

Однако иногда невозможно установить того, кто придумал и распространил свои клеветнические измышления. В этом случае пострадавший может пойти по «легкому» пути – обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений порочащими и не соответствующими действительности (п. 8 ст. 152 ГК РФ). Такое заявление рассматривается в порядке особого производства – по правилам установления фактов, имеющих юридическое значение (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»). Поскольку состязательности в таком деле нет, то и стандарты доказывания гораздо ниже.

Этим обстоятельством и воспользовалась клиника, которая жаждала стереть из сети гневные отклики от имени бывших пациентов. Она обнаружила 22 веб – адреса, на которых публиковались нелестные отзывы, и вписала их все, «оптом», в одно заявление в суд о признании сведений по этим адресам не соответствующих действительности. К заявлению были присовокуплены объяснения о том, что, дескать, установить владельцев сайтов не представляется возможным. Арбитражный суд первой инстанции вполне удовлетворился этими данными и признал информацию по всем 22 сетевым адресам не соответствующей действительности (ложной) и порочащей деловую репутацию заявителя.

Отметим, что описанная схема не нова, и очень многие организации расправляются с негативными интернет-отзывами о себе именно так.

Однако в данном деле клинику ждал сюрприз: владелец одного из сайтов, упомянутых в заявлении, узнал о деле и – посчитав, что решение суда нарушает его права как СМИ и не соответствует фактическим обстоятельствам, – подал апелляционную жалобу.

После такого демарша арбитражный суд второй инстанции был вынужден предыдущее решение целиком отменить, а заявление клиники – оставить без рассмотрения:

  • ведь по общему правилу честь, достоинство и деловая репутация подлежат защите в порядке искового производства («сложным» способом), а заявления об установлении фактов, имеющих юридическое значение («легкий» способ), подлежат рассмотрению только тогда, когда отсутствует иная возможность подтверждения либо опровержения юридических фактов (то есть невозможно установить лицо, которое распространило порочащие сведения);
  • надлежащими ответчиками по делам о защите деловой репутации в случаях распространения не соответствующих действительности сведений в сети Интернет являются администраторы доменных имен, редакции электронных СМИ, которые несут ответственность за содержание предоставляемого ими интернет-ресурса;
  • в данном деле такой ответчик налицо: самостоятельно выявил факт рассмотрения в арбитражном суде этого дела, заявился, возражает по существу требований, о которых просит клиника;
  • значит, тут имеется спор о праве;
  • а если при рассмотрении заявления об установлении фактов, имеющих юридическое значение, выясняется, что возник спор о праве, суд обязан оставить заявление без рассмотрения (подп. 3 п. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса);
  • клиника, оказывается, не доказала, что невозможно установить и всех остальных лиц, которые распространили оспариваемую информацию; в частности, не представлены доказательства обращения в организации, осуществляющие регистрационный учет обладателей доменных имен, получения информации о владельцах доменных имен из иных открытых общедоступных источников информации (специализированные сайты в сети Интернет);
  • при этом сам факт того, что владелец портала-отзовика вступил в дело на стадии апелляционного производства, говорит о том, что оспаривание распространенных сведений затрагивает права и обязанности владельцев остальных, упомянутых в заявлении, интернет-сайтов, не привлеченных к участию в деле, и что если их привлечь, то опять-таки возникает спор о праве.

Таким образом, активное вмешательство всего одного веб-портала с отзывами пациентов позволило сохранить спорные отзывы и на остальных адресах, упомянутых в заявлении клиники.

Оставьте комментарий