Утилизация радиоактивных отходов в России

В этой статье — ответы на многие вопросы о том, что происходит в нашей стране с радиоактивными отходами Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

Сколько в стране накоплено радиоактивных отходов (РАО)? Где они лежат? Что с ними делать? Как происходит перевозка и упаковка РАО? Где их размещают на окончательную изоляцию и что будет с ним через десять, сто, тысячу лет? Все о работе с радиоактивными отходами в России — в интервью руководителя Центра общественных связей Национального оператора по обращению с радиоактивными отходами (НО РАО) Никиты Медянцева.

— Радиация — тема, которая вызывает у людей страх: все вспоминают Чернобыль, Фукусиму, аварию на ПО «Маяк» а, с недавних пор, еще и историю с рутением, которого все испугались. Радиация — это действительно страшно?

Никита Медянцева в подземном хранилище радиоактивных отходов Батаапати в Венгрии Фото: Андрей Гусельников, URA.RU

— Радиация — это природное явление. На 85 процентов радиационный фон обусловлен природными факторами, на 14 процентов — современной медициной, авиационными перелетами, все остальное (даже в местах расположения атомных объектов) дает не более 1 процента. Радиоактивна даже картошка. Бананы по сравнению с многими другими продуктами более радиоактивны. Но если сравнивать их, например, с гранитом, то практически совсем не радиоактивны.

Радиоактивен бетон: в подвалах домов скапливается выходящий из земли радиоактивный газ радон. То есть радиоактивность — это такая же часть нашей жизни, как солнечный свет, воздух и вода. Все знают, что человек получает дозу, проходя рентгенографические обследования, но никто не задумывается, что такую же дозу он получает во время каждого более-менее продолжительного полета в самолете.

Наше предприятие занимается захоронением (этот термин сложился исторически, но мы предпочитаем использовать международную терминологию и говорить «финальной изоляцией») радиоактивных отходов, которые были накоплены в России за все годы.

Проблему изоляции РАО нужно решать не временно — как это происходило в СССР, когда решение, по сути, все время откладывали. Но тогда ставились другие задачи — наработка плутония, создание ядерного оружия, потом — атомной промышленности, и эти задача перевешивали все остальные.

Карта накопленных в России радиоактивных отходов Инфографика: НО РАО

Сегодня мы стоим перед необходимостью решать задачу изоляции радиоактивных отходов на максимально долгий срок — сопоставимый с периодом опасности радиоактивных отходов для окружающей среды и человека.

— Насколько много радиоактивных отходов сейчас в России? Где они лежат?

— В России накоплено около 500 миллионов кубометров РАО. Большая часть всех этих отходов сосредоточена в Теченском каскаде водохранилищ (неподалеку от ПО «Маяк» в Озерске, где в 1957 году произошла так называемая Кыштымская авария — прим. ред.) в донных отложениях. Доступ людей туда ограничен и там проводятся мероприятия по созданию системы барьеров, препятствующих распространению радионуклидов в окружающую среду.

Как засыпали озеро Карачай Фото: Вадим Ахметов © URA.RU

До недавнего времени было еще озеро Карачай (там же — прим. ред.), но сегодня оно ликвидировано — засыпано грунтом. Это было сделано опять же в целях препятствования распространению радионуклидов в окружающей среде: если в Теченском каскаде с помощью гидротехнических сооружений можно поддерживать постоянный уровень воды, то в озере это невозможно, оно могло пересохнуть, могло обнажиться дно, что способствовало бы выветриванию радионуклидов. Но сегодня такой опасности уже нет, так как озера не существует. Надо отметить, что в этом месте РАО появились в результате форсированной реализации советского ядерного проекта, связанного с созданием паритетета ядерных зарядов с США.

Есть накопленные отходы, связанные с деятельностью предприятий атомной отрасли. Вообще, все радиоактивные отходы делятся на шесть классов. РАО 1 и 2 классов самые опасные, но их меньше всего по количеству. Это остеклованные высокоактивные РАО и среднеактивные отходы с длительным периодом полураспада — до сотен тысяч лет.

По нормам МАГАТЭ, для финальной изоляции радиоактивных отходов 1 и 2 класса предусмотрено размещение только в глубинных хранилищах.

Работы на озере Карачай по засыпке акватории водоема Фото: Вадим Ахметов © URA.RU

Это действительно очень опасные отходы, и чтобы они точно не могли нанести вред окружающей среде, основным барьером безопасности должна стать стабильная на протяжении миллионов лет, хорошо гидроизолированная геологическая среда.

РАО 3 и 4 класса — это низко и очень низко активные отходы: в основном, одежда и оборудование: загрязненные радионуклидами перчатки, приборы, ветошь, строительный мусор и так далее. Их по нормам МАГАТЭ можно изолировать в приповерхностных хранилищах, то есть в сооружениях до ста метров глубиной. Пятый класс — это жидкие радиоактивные отходы, шестой — это отвалы горнорудной промышленности с повышенным радиационным фоном. Все эти отходы находятся в основном в пунктах временного хранения. С конца 2016 года Национальный оператор ввел в эксплуатацию первый пункт приповерхностного размещения РАО 3 и 4 классов. Жидкие РАО изолируются в глубинных геологических формациях на протяжении уже нескольких десятков лет.

— Сколько таких пунктов есть у НО РАО и где они находятся, если это не «военная тайна»?

Используются специальная техника и средства защиты для персонала Фото: Вадим Ахметов © URA.RU

— Не тайна — Национальный оператор стремится, чтобы его деятельность была максимально открыта общественности. Сейчас у нас есть четыре пункта: один — для твердых радиоактивных отходов 3 и 4 класса и три — для жидких РАО. Они находятся вблизи городов Димитровград, Северск и Железногорск, так как эти пункты привязаны к технологической цепочке существующих предприятий атомной отрасли (НИИ атомных реакторов, Сибирского химического и Горно-химического комбинатов).

Первый и пока единственный пункт финальной изоляции твердых радиоактивных отходов 3 и 4 класса находится в Новоуральске (он называется ППЗРО — приповерхностный пункт захоронения радиоактивных отходов). Полигон достраивался и вводился в эксплуатацию нами, но проектировался и строился еще до создания Национального оператора. В декабре 2016-го мы приняли на новоуральском хранилище первую партию радиоактивных отходов.

По планам, к 2020 году первая очередь ППЗРО в Новоуральске должна быть уже заполнена, а всего, с учетом всех очередей, этот объект будет вмешать около 53 тысяч куб. м РАО 3 и 4 классов.

Полигон в Новоуральске — первый и пока единственный в стране современный пункт «финальной изоляции» твердых РАО Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

Сейчас заканчивается проектирование двух других пунктов финальной изоляции РАО 3 и 4 классов (схожих по концепции с новоуральским) — речь об объектах вблизи Озерска и Северска. В Озерске планируется построить пункт мощностью около 200 000 куб. м. В городе уже прошли общественные слушания по предварительной оценке воздействия объекта на окружающую среду, в следующем году предстоит провести слушания по материалам обоснования лицензий на размещение и сооружение пункта финальной изоляции, после чего мы сможем приступить к стройке.

Еще один объект проектируется вблизи Северска, где находится Сибирский химический комбинат (Томская область) — там планируется пункт объемом около 150 тысяч куб. м РАО. Это не все объекты, которые планирует создать Национальный оператор, но по остальным перспективным площадкам окончательных решений пока нет. Известно лишь, что один будет на территории Приволжского или Южного федеральных округов, другой — на северо-западе страны. Там рассматриваются три региона: Ленинградская, Архангельская и Мурманская области.

Основные параметры подземной лаборатории, которая появится в Нижне-Канском массиве в Сибири Инфографика: НО РАО

Кроме этого, Национальный оператор изучает сейчас площадку, где планируется построить объект для размещения радиоактивных отходов 1-2 класса на глубине 500 метров — в Нижне-Канском скальном массиве недалеко от города Железногорска в Красноярском крае. Там сначала будет создана подземная исследовательская лаборатория, которая должна будет дать ответ на вопрос о безопасности (или небезопасности) размещения радиоактивных отходов в этом месте.

Сейчас уже начинаются работы по строительству наземной энергетической инфраструктуры подземной исследовательской лаборатории. Завершить ее строительство планируется к 2025 году. Исследования будут вестись как на стадии строительства, так и в последующие годы — будет проводиться целый комплекс исследований, в том числе отработка технологических операций по обращению с радиоактивными отходами. Сейчас трудно предсказать, когда будет приниматься решение о строительстве собственно хранилища — по-видимому, это будет не раньше 2030 года.

— Кто финансирует все эти работы и кто отвечает сегодня за радиоактивные отходы в России?

— 11 июля 2011 года, когда был принят закон об обращении с радиоактивными отходами, стало водоразделом: все РАО, образованные до этой даты, перешли в разряд исторических (накопленных), и государство взяло на себя обязательства по решению задачи их окончательной изоляции. В конечном счете, в соответствии с международными нормами и российским законодательством, все они должны быть захоронены — это бремя взяло на себя государство, бюджет Российской Федерации. А за все отходы, образуемые после этой даты, ответственность (прежде всего финансовую) несут предприятия, которые их образовали.

Они составляют прогнозные планы по образованию радиоактивных отходов, все это направляется в Росатом, который с помощью Национального оператора обсчитывает затраты на их финальную изоляцию и вырабатывает основу для тарифов, утверждаемых затем Федеральной антимонопольной службой. Прибыль в них не заложена: вся деятельность по захоронению РАО в России некоммерческая. Она направлена на решение единственной задачи — экологически безопасной изоляции радиоактивных отходов, то есть создание такой системы, которая исключает попадание радионуклидов в окружающую среду, чтобы они не могли навредить ни животным, ни растениям, ни человеку.

— Как обеспечивается эта безопасность? Где гарантии, что радиация не выйдет наружу?

— Эта задача решается путем создания объектов, в которых заложен принцип многобарьерности («URA.RU» подробно рассказывало о том, как устроен полигон НО РАО в Новоуральске). Скажем, для пунктов захоронения РАО 3 и 4 класса первый и второй барьеры — это упаковка самих РАО: специальные бочки, помещенные в мощные бетонные контейнеры.

Гарантия, что радионуклиды не выйдут на поверхность — принцип многобарьерности современных объектов хранения РАО (как, например, в Новоуральске) Инфографика: НО РАО

Третий защитный слой — инертное вещество, заполняющее пространства между контейнерами. Четвертый — толстые бетонные стены самого хранилища, пятый — так называемый «глиняный замок» вокруг него, шестой слой — естественная природная среда, которая будет формироваться вокруг после того, как очередная секция хранилища будет заполнена и законсервирована (сверху будут почва и растительность). Внешне это будет выглядеть, как газон на холме (так выглядят подобные пункты захоронения РАО, например, во Франции).

Разумеется, во время эксплуатации объекта и даже после того, как он будет законсервирован, будет постоянно вестись экологический мониторинг. Мы контролируем на объектах и вокруг них все: атмосферный воздух, снежный покров, даже подземную воду — с помощью сети скважин. Все эти результаты предоставляются в Ростехнадзор, в «Росатом», а также включаются в отчеты НО РАО, которые публикуются в интернете и в форме буклетов.

— За современные объекты можно не переживать, а что с отходами, складированными на атомных предприятиях?

— Почти все они находятся на поверхности — во временных хранилищах, рассчитанных на 30-50 лет. Этот срок продлевается (максимум до 70 лет), но это предел: строительные конструкции изнашиваются, другие инженерные барьеры тоже не вечны. Проблему нужно решать срочно!

— Эти запасы радиоактивных отходов как-то проверяются, подвергаются ревизии?

— В последние годы проходила инвентаризация временных хранилищ. Мы напрямую не участвовали в ней — ее по решению правительства проводила Госкорпорация «Росатом». Итоги уже есть, но не все решения еще приняты.

В одном из хранилищ «РосРАО» в Ленинградской области Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

— Такие временные хранилища есть и Уральского электро-химического комбината в Новоуральске (они расположены рядом с ППЗРО). Какой будет их судьба?

— По ним решения пока нет. По нашим наблюдениям (в этой зоне есть и наши скважины), выхода радионуклидов за пределы хранилищ нет, поскольку все они надежно изолированы в «глиняном мешке». Но, в логике тех процессов, которые идут сейчас, я думаю, что эти хранилища вполне могут со временем быть реабилитированы: вскрыты, радиоактивные отходы оттуда извлечены, переупакованы и размещены в современных пунктах изоляции РАО. Но решение еще только предстоит принять и его неотъемлемая основа — обеспечение безопасности.

— Как обстоит сегодня ситуация с транспортировкой радиоактивных отходов?

Транспортирует РАО специализированная организация — ФГУП «РосРАО». Все технологии отработаны на перевозке ОЯТ Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

— Мы занимаемся только созданием пунктов и размещением в них радиоактивных отходов. Транспортировкой занимаются другие специализированные, имеющие лицензию предприятия, например ФГУП»РосРАО». Технологии безопасной перевозки существуют очень давно и непрерывно совершенствуются. Модернизируются, например, специальные транспортно-упаковочные комплексы. Отходы 3 и 4 класса транспортируются в основном автомобильным транспортом, отходы 1 и 2 класса — железнодорожным транспортом на специальных платформах.

Причем технология в последнем случае по сути такая же, как при транспортировке отработавшего ядерного топлива (ОЯТ) — она осуществляется уже очень давно, это четко отлаженный, полностью отработанный процесс. Но радиоактивные отходы с точки зрения транспортировки потенциально на порядок менее опасны, чем ОЯТ. Так что новизны здесь никакой нет, но «запас прочности», с точки зрения безопасности транспортировки, очень большой. ОЯТ транспортируется не только у нас, но и повсюду в Европе.

— Зачем?

— Сборки ядерного топлива делаются в одних странах (в том числе и в России), используются в других. По договорам они поставляются за границу, но после того, как они закончили работу в реакторе, их могут вернуть на переработку, после которой страна-переработчик должна вернуть радиоактивные отходы в ту страну, где они образовались при использовании сборки. Сегодня практически во всех странах ввоз и вывоз РАО запрещен.

— В прессе мелькала информация о том, что НО РАО заключил контракт с французской компаний ANDRA. О чем это соглашение?

— ANDRA — это французский аналог российского Национального оператора. Мы дружим с 2012 года, когда только появился НО РАО — тогда был подписан меморандум о намерениях между «Андрой» и «Росатомом». Так как 5-летний срок закончился, и Госкорпорация «Росатом» заключила с французским оператором новое соглашение. Исполнителем по нему является ФГУП «НО РАО». Суть Соглашения в организации научно-технического и информационного сотрудничества, взаимном консультировании.

Как устроены подземные хранилища для радиоактивных отходов во Франции — см. на видео

Также мы взаимодействовали с коллегами из других стран, например, Германии, Финляндии, Венгрии — недавно делегация НО РАО и российских журналистов посетила временное хранилище ОЯТ возле АЭС в городе Пакш и хранилище твердых радиоактивных отходов на глубине 250 метров в местечке Батаапати («URA.RU» подробно рассказывало о работе этих объектов — прим.ред.)

— Что самое главное удалось почерпнуть из международного опыта?

В информационном центре при АЭС Пакш, Венгрия (где расположено также хранилище отработанного ядерного топлива). Скоро такие инфоцентры начнут появляться и в России

— Для нас было очень важно узнать, как у зарубежных операторов (ANDRA во Франции, PURAM — в Венгрии) организованы различные направления работы. В том числе, например, с общественностью. Для нас это — очень важное направление работы.

Мы понимаем, что объективное информирование — важнейшее направление. Нужно создавать доступные массивы информации, чтобы те, кто хочет разобраться, могли в любой момент получить к ней доступ. Это необходимо осуществлять и в виртуальном формате, и в реальном — в виде информационных центров.

В виртуальном формате вся информация о нашей деятельности есть на нашем сайте. Кроме того, мы готовимся к пуску в 2018 году сайта, посвященного подземной исследовательской лаборатории, которая создается в Нижне-Канском массиве. Что касается реального формата,

мы — на пути организации информационных центров в городах нашего присутствия, например, в Железногорске (он будет посвящен создаваемой подземной лаборатории).

В такие информационные центры должен быть свободный доступ для всех желающих. В первую очередь нас интересуют учащиеся и студенты: во-первых, они быстро и легко усваивают знания, во-вторых, долгосрочная реализация наших проектов заставляет думать о тех, кто завтра будет в активном возрасте. Поэтому в Новоуральске, например, мы рассматриваем перспективу размещения экспозиции в филиале Московского института ядерной физики (МИФИ) — там очень хорошая база, есть студенты, которые учатся по специальностям, в том числе связанным с обращением с радиоактивными отходами.

Также мы планируем развивать школьные проекты, например, вместе с учителями школы №54 Новоуральска хотим разработать учебные блоки, посвященные обращению с радиоактивными отходами. Логика проста: чем больше мы знаем о радиации, тем меньше страха. И лучше изолировать радиоактивные отходы, обеспечивая безопасное их хранение, чем не решать проблему вовсе, перекладывая ее на плечи будущих поколений.

Утилизация и переработка отходов атомной промышленности.

Процессы использования, хранения и уничтожения отработанных ядерных материалов контролирует государство. Требования к обращению с радиоактивными отходами утверждены законом об использовании атомной энергии — ФЗ № 170 от 21.11.1995 г. редакция 30.11.2011.

Условия хранения и захоронения ядерных отходов описываются в статье 48 закона:

  • Отработанный материал должен быть надёжно изолирован от окружающей среды, чтобы не вредить настоящему и будущим поколениям.
  • Захоронение или хранение осуществляется только в специальных пунктах, которые предусматриваются заранее при разработке технической документации.

Переработка ядерного топлива

Отходы РАО — побочный мусор энергетической отрасли, который несёт в себе следы облучения. Это радиоактивные элементы, древесина, одежда, макулатура, бытовые отходы и т. д. Чтобы снизить до минимального уровня влияние материалов на окружающую среду, исключить попадание токсичных соединений в атмосферу осуществляется переработка и хранение радиоактивных отходов. Методы бывают разные: сжигание жидких и твёрдых отходов с последующим цементированием, уплотнение, остекловывание.

Подробнее о том, как происходит утилизация отходов атомной промышленности можно прочитать в ФЗ №190 от 11.07.2011 г., ред. 2016 г. «Об обращении с отходами радиоактивными и о внесении изменений в законодательство», а также других нормативных документах Правительства и Президента РФ.

Утилизация и переработка радиоактивных отходов: реалии и проекты

Есть несколько вариантов обращения с отработанным ядерным топливом:

1. Хранение — радиоактивные отходы (РАО) размещают в герметичные резервуары, которые складывают в специальные временные хранилища, где короткоживущие изотопы распадаются перед дальнейшей переработкой.

2. Захоронение — окончательная утилизация ядерных отходов. В перспективе рассматривают строительство специальных хранилищ в России и Австралии. В США пытались разместить РАО в штате Невада, но проект вызвал мощный протест населения. Строительство глубокого захоронения ведётся в Финляндии.

3. Витрификация — технология долговременного хранения РАО в консервированном виде. Чтобы отработанные ядерные отходы не разрушались и не вступали в реакцию их остекловывают или кальцинируют, затем заваривают в цилиндры, моют и отправляют в подземные хранилища.

4. Использование повторно — изотопы применяют для создания термоэлектрических радиоизотопных генераторов, облучения продуктов питания. Технология находится в стадии развития.

5. Трансмутация — переработка ядерных отходов трансурановыми реакторами. Технология требует исследований.

6. Удаление в космос — заманчивый способ избавиться от опасных для человека и окружающей среды отходов. Идея имеет важные недостатки: риск поломки ракеты-носителя; высокие финансовые траты; отсутствие международных договорённостей.

Современная практика обращения с РАО на территории РФ предусматривает обязательное захоронение отходов ядерного топлива в специальных пунктах (ст. 12, ФЗ №190, ред. 02.07.2013 г.). Исключение делается только для короткоживущих отработанных материалов, которые могут распадаться во временных хранилищах до такой степени, что перестают определяться как РАО.

Новость 23/10/2019

В Россию снова начали ввозить отходы обогащения урана из Германии

Экоактивисты требуют немедленно прекратить возобновившийся импорт в Россию урановых «хвостов» (побочного продукта обогащения урана при производстве топлива для атомных электростанций).

Западноевропейская компания Urenco в 2019 году возобновила транспортировку в Россию урановых «хвостов» с немецкой уранообогатительной фабрики в Гронау.

Это подтверждается документом правительства немецкой земли Северный Рейн-Вестфалия, который оказался в распоряжении российского отделения Greenpeace и «Экозащиты!».

С 2019 по 2022 год планируется отправить в Россию 12 000 тонн (более тысячи контейнеров, примерно 20 железнодорожных составов) урановых «хвостов».

По данным немецких федеральных властей, с мая по октябрь 2019 года из Гронау на АО «Уральский электрохимический комбинат» в Новоуральске (Свердловская область) уже было отправлено шесть железнодорожных составов по 600 тонн (50 контейнеров), то есть около 3 600 тонн урановых «хвостов».

Акция Greenpeace напротив Госдумы против ввоза иностранных ядерных отходов, 1999 год

В России уже накоплено около 1 млн тонн урановых «хвостов», которые не только радиоактивны, но и токсичны. Планов по использованию такого их количества нет, а практика контрактов до 2009 года демонстрирует, что вторичные отходы после дообогащения урановых «хвостов» из-за рубежа оставались в России.

В соответствии с Федеральным законом «Об использовании атомной энергии» радиоактивными отходами считаются ядерные материалы и радиоактивные вещества, дальнейшее использование которых не предусматривается. Их ввоз в Россию для хранения, переработки или захоронения запрещён.

В 2004 году кампания против фактического импорта радиоактивных отходов в Россию была инициирована общественной организацией «Экозащита!», и поддержана другими экологическими организациями в России и Германии. В 2014 году «Экозащита!» была признана «иностранным агентом». Организация не согласна с таким статусом.

Акция Greenpeace против ввоза иностранных ядерных отходов у памятника Курчатову в Челябинске, 2000 год

В Германии активисты неоднократно пытались блокировать поезда с опасным грузом. Российское отделение Greenpeace заявляло о незаконности ввоза урановых «хвостов» в Россию и о том, что затраты на этот импорт в итоге могут переложить на российских налогоплательщиков.

В результате давления экоактивистов в 2009 году Urenco и «Росатом» отказались от дальнейшего импорта в Россию радиоактивных отходов из Германии. Тогда же «Росатом» заявлял о том, что больше не будет заключать подобные контракты.

«Это циничный и аморальный бизнес. Он нужен Urenco, чтобы сэкономить миллиарды евро на утилизации своих урановых «хвостов”, отправив их в Россию. Поражает готовность «Росатома” зарабатывать на захоронении фактических иностранных отходов, что является нонсенсом в любой цивилизованной стране», — комментирует ситуацию Владимир Сливяк, сопредседатель группы «Экозащита!», координатор кампании против ввоза радиоактивных отходов в Россию 2004-2009 годах.

Его позицию разделяет эксперт российского отделения Greenpeace Рашид Алимов: «Россия не должна становиться радиоактивным могильником для остального мира. Мы требуем немедленно прекратить импорт урановых «хвостов” в Россию, опубликовать документы об этих сделках и наказать виновных в заключении незаконных сделок».

Акция Greenpeace против ввоза иностранных ядерных отходов у Государственной Думы, 2000 год

В августе этого года Совет при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека опубликовал рекомендации по итогам заседания в Иркутской области, в которых поднята проблема хранения урановых «хвостов» в Ангарске.

Ежегодные отчёты о деятельности Ростехнадзора (за 2004, 2006-2011 годы) упоминают о рисках разгерметизации контейнеров при хранении урановых «хвостов» под открытым небом на предприятиях в Ангарске, Северске, Новоуральске и Зеленогорске.

В августе 2019 года в СМИ сообщалось, что на предприятии в Новоуральске произошла утечка радионуклидов, которые могли попасть в Нейво-Рудянский пруд.

Росатом энергетика ядерные отходы

Другие новости

У берегов Маврикия произошла нефтяная катастрофа 12/08/2020 России срочно нужен закон о регулировании выбросов парниковых газов 10/08/2020 Greenpeace получил результаты анализа проб из водоёмов Таймыра 05/08/2020

В Удмуртии, Саратовской, Кировской, Курганской областях идут протесты против строительства под эгидой «Росатома» «центров утилизации» высокотоксичных отходов. Кроме этого к 2025 году в России должны открыться ещё три аналогичных комплекса «Росатома». Каждый из семи полигонов будет иметь огромную мощность – 50 тыс. тонн в год. Жители подозревают, что туда будут свозиться опасные отходы со всего мира, тем более что РФ подписала международную Базельскую конвенцию, разрешающую это.

В середине июля митинг протеста состоялся в Ижевске. До этого аналогичная акция прошла в Камбарке – удмуртском городе, где решено переформатировать бывший объект по уничтожению химического оружия в комплекс по переработке отходов 1–2-го классов опасности, то есть чрезвычайно опасных и высокоопасных. Запуск предприятия под эгидой «Росатома» ожидается в 2023 году. Всего же в России решено переделать под ядерные и химические могильники четыре объекта, которые прежде использовались для уничтожения химического оружия. Особенно цинично, что строительство всех семи центров предусмотрено в рамках национального проекта под названием «Экология».

Могильник на Каме

Завод в Камбарке расположен в черте города рядом с рекой Камой. Представляете, каков риск экологических бедствий, и не только в Удмуртии, но и по течению реки, то есть в Башкирии и Татарстане! Как говорили участники акции протеста, такое сооружение нельзя размещать рядом с густонаселёнными территориями. Если даже в Чернобыле зона безопасности была до 30 километров, то здесь объект находится практически в черте города. А в 24 километрах от него расположен 100-тысячный город Сарапул, ещё ближе – 120-тысячный Нефтекамск. Такое соседство как минимум может катастрофически сказываться на здоровье населения и привести к резкому росту случаев онкологических заболеваний.

Уже появилось народное движение «Камбарка – не Чернобыль». Мощность особо токсичного полигона в 50 тыс. тонн в год заставляет жителей предполагать, что туда будут свозиться не только российские, но и заграничные отходы. Представители «Росатома» заявляют, что ядерные отходы ввозить в Камбарку не будут. Однако почему тогда переработку токсичного мусора доверили именно этой госкорпорации? Либо акцент станет делаться всё же на ядерных отходах, либо «Росатом» будет заниматься несвойственными ему функциями. Вот и выбирайте – что лучше? Причём никакой информации о технологиях, которые собираются использовать, вообще нет.

Известный удмуртский путешественник Андрей Перевозчиков сказал на митинге: «Наша республика славится уникальной природой, Камой, живописными местами. Внуки и последующие поколения точно не скажут нам спасибо, если у нас появится такой завод». Организаторы намерены и дальше проводить митинги, чтобы добиться проведения местного референдума по запрету ввоза в Удмуртию опасных отходов. Уже готов законопроект. Для того чтобы Госсовет республики обязан был его рассмотреть, нужно собрать 10 тыс. подписей. Звучат и призывы к отставке губернатора.

Мировая свалка отходов

География протестов против проектов «Росатома» не ограничивается одной Удмуртией. В июне в Саратове и Балакове прошли демонстрация и другие акции протеста против такого же полигона в городе Горном (Саратовская область). Петицию в поддержку запрета на переработку опасных отходов там подписали около 80 тыс. граждан. Также массовые митинги с требованием отказаться от утилизации токсичных отходов в Марадыкове (Кировская область) состоялись в областном центре – Кирове. Там такую же петицию подписали свыше 50 тыс. человек. Аналогичный митинг в Кургане прошёл против полигона в Щучьем (Курганская область). Следующий митинг назначен на 25 июля, в его рамках планируется организовать прямую линию с протестующими в Саратове.

По теме 2104

Издание Forbes подготовило список городов, которые, по мнению авторов материала, следует посетить тем, кто отправляется в Россию с туристическими целями. В перечень вошли Екатеринбург, Элиста, Мурманск, Псков и Хабаровск.

Руководитель энергетической программы «Гринпис России» Владимир Чупров констатирует: «Опасения жителей небеспочвенны. По законам, принятым в 2001 году, в Россию стало можно ввозить из-за рубежа отработавшее ядерное топливо для переработки и «временного хранения». Очень лукавая фраза: можно растянуть хранение на десятилетия. В России нужных заводов для переработки нет, своего выше крыши и не перерабатывается. Будут искать места для захоронения, строить что-то – закрыто, без гражданского контроля. Потенциально это очень коррупционная история».

Когда в 2017 году было решено закрепить полномочия по утилизации отходов 1-го и 2-го классов опасности за «Росатомом», власти объяснили это тем, что госкорпорация, мол, успешно справляется с отходами радиоактивными. «Успех», видимо, заключается в том, что радиоактивные отходы из-за границы текут в Россию уже второе десятилетие. Эксперт Российского социально-экологического союза Андрей Ожаровский считает: «Мандат «Росатома» – работа с атомной энергией. Химические отходы не имеют никакого отношения к ней. Не решив проблему своих собственных отходов, «Рос­атом» использует огромное политическое влияние, чтобы получить дополнительную прибыль».

«Ядерные» порты

Вернёмся к тем законам, о которых говорил гринписовец Чупров. Как уже было сказано, Россия – единственная страна, чьи законы с 2001 года позволяют «ввоз из иностранных государств облучённых тепловыделяющих сборок ядерных реакторов для осуществления временного технологического хранения и (или) их переработки». Причём в России накоплено около 700 тыс. тонн собственных атомных отходов, а потому странно добавлять до ядерной кучи ещё и иностранные.

Так, в 2008 году российская власть подписала рассчитанное на 30 лет соглашение, разрешающее ввозить из США атомные технологии, включая переработку ядерных отходов. Цена вопроса составила около 10 млрд долларов. В самих США общество не позволило создать ядерный могильник в штате Невада. Отказалась от соблазнительного американского предложения Монголия. Тогда на вашингтонском горизонте возникла Россия. 92% россиян, по данным соцопроса, высказываются против ввоза иностранного ядерных отходов, но кто у нас считается с мнением народным, когда речь идёт о десятках миллиардов долларов? Долларов, грязных во всех отношениях. Ещё в 2003 году был составлен перечень портов, в которые разрешён заход судов, транспортирующих ядерные материалы, в их числе Усть-Луга, Кандалакша, Мурманск, Архангельск, Санкт-Петербург, Владивосток, Диксон, Дудинка, Калининград, Певек. В зарубежных СМИ писалось о планах отправки в Россию ядерных отходов помимо американских и из Болгарии, Германии, Объединённых Арабских Эмиратов, Японии…

Большинство из них низкоактивны — и конечно, со временем, по мере распада короткоживущих изотопов становятся безопаснее. Такие отходы обычно отправляются на подготовленные полигоны для хранения на протяжении десятков или сотен лет. Предварительно их перерабатывают: то, что может гореть, сжигают в печах, очищая дым сложной системой фильтров. Золу, порошки и другие рыхлые компоненты цементируют или заливают расплавленным боросиликатным стеклом. Жидкие отходы умеренных объемов фильтруют и концентрируют упариванием, извлекая из них радионуклиды сорбентами. Твердые сминают в прессах. Все помещают в 100- или 200-литровые бочки и снова прессуют, помещают в контейнеры и еще раз цементируют. «Здесь все очень строго, — рассказал нам заместитель генерального директора РусРАО Сергей Николаевич Брыкин. — В обращении с РАО запрещено все, что не разрешено лицензиями».

Для перевозки и хранения РАО используются специальные контейнеры: в зависимости от активности и вида излучения они могут быть железобетонные, стальные, свинцовые или даже из обогащенного бором полиэтилена. Обработку и упаковку стараются производить на месте с помощью мобильных комплексов, чтобы снизить трудности и риски транспортировки, частично с помощью роботизированной техники. Маршруты перевозки заранее продумывают и согласовывают. Каждый контейнер имеет собственный идентификатор, и судьба их прослеживается до самого конца.

Центр кондиционирования и хранения РАО в губе Андреева на берегу Баренцева моря работает на месте бывшей технической базы Северного флота.

Теплее: хранение

РИТЭГи, о которых мы вспоминали выше, сегодня на Земле почти не применяются. Некогда они обеспечивали питанием автоматические пункты мониторинга и навигации в далеких и труднодоступных точках. Однако многочисленные инциденты с утечками радиоактивных изотопов в окружающую среду и банальным воровством цветмета заставили отказаться от их использования где-либо помимо космических аппаратов. В СССР успели произвести и собрать больше тысячи РИТЭГов, которые демонтированы и продолжают утилизироваться.

Еще большую проблему представляет наследие холодной войны: за десятилетия одних только атомных подлодок было построено почти 270, а сегодня в строю остается менее полусотни, остальные утилизированы или ожидают этой сложной и дорогой процедуры. При этом выгружают отработавшее топливо, а реакторный отсек и два соседних вырезают. С них демонтируют оборудование, дополнительно герметизируют и оставляют храниться на плаву. Так делалось годами, и к началу 2000-х в российском Заполярье и на Дальнем Востоке ржавело около 180 радиоактивных «поплавков». Проблема стояла так остро, что обсуждалась на встрече лидеров стран «Большой восьмерки», которые договорились о международном сотрудничестве в уборке побережья.

«Итарус» Док-понтон для выполнения операций с блоками реакторных отсеков (85 х 31,2 х 29 м). Грузоподъемность: 3500 т; осадка при буксировке: 7,7 м; скорость при буксировке: до 6 узлов (11 км/ч); срок службы: не менее 50 лет. Строитель: Fincantieri. Оператор: Росатом. Место: Сайда Губа в Кольском заливе, рассчитанная на хранение 120 реакторных отсеков.

Сегодня блоки поднимают из воды и очищают, реакторные отсеки вырезают, на них наносят антикоррозийное покрытие. Обработанные упаковки устанавливаются для длительного безопасного хранения на подготовленных бетонированных площадках. На недавно заработавшем комплексе в Сайда Губе в Мурманской области для этого даже снесли сопку, скальное основание которой дало надежную опору для хранилища, рассчитанного на 120 отсеков. Выстроенные в ряд, густо покрашенные реакторы напоминают аккуратную заводскую площадку или склад промышленного оборудования, за которым следит внимательный хозяин.

Такой результат ликвидации опасных радиационных объектов на языке атомщиков называется «коричневой лужайкой» и считается совершенно безопасным, хотя и не очень эстетичным на вид. Идеальная же цель их манипуляций — «зеленая лужайка», наподобие той, которая раскинулась над уже знакомым нам французским хранилищем CSA (Centre de stockage de l’Aube). Водонепроницаемое покрытие и толстый слой специально подобранного дерна превращают крышу заглубленного бункера в поляну, на которой так и хочется прилечь, тем более что это разрешено. Только самым опасным РАО уготована не «лужайка», а мрачная тьма окончательного захоронения.

Оставьте комментарий