Восстановление социальной справедливости

5.3. ВОССТАНОВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ КАК ЦЕЛЬ НАКАЗАНИЯ

Бадамшин Ильфат Давлетнурович, к.ю.н. Должность: старший преподаватель кафедры уголовного права. Место работы: Уфимский юридический институт МВД России. E- mail: badam02@mail.ru Поезжалов Владимир Борисович, к.ю.н., доцент. Должность: доцент кафедры уголовного права. Место работы: Уфимский юридический институт МВД России. E- mail: poezvb_75@mail.ru

Аннотация: В статье анализируются теоретико-прикладные вопросы достижения восстановления социальной справедливости как цели уголовного наказания. Рассматриваются различные подходы по ее реализации.

Ключевые слова: уголовный закон, наказание, цель, справедливость, восстановление социальной справедливости.

THE RESTORATION OF SOCIAL JUSTICE AS THE PURPOSE OF PUNISHMENT

Keywords: criminal statute, punishment, purpose, justice, the restoration of social justice.

Уголовный закон формулирует три цели наказания: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений. Эти цели являются тем правовым ориентиром, который по определению должен обладать качеством прогнозирования конечного результата общественно полезной деятельности государства в области борьбы с преступностью.

Термин «цель» содержит конкретизированный смысл, а потому его применение в тексте УК РФ имеет специальное назначение. В этой связи важно детализировать понятие «цель». Данное предложение имеет не только теоретическое, но и практическое значение, особенно в сфере правотворческой деятельности.

Так, в Словаре русского языка под целью понимается «то, к чему стремятся, что надо осуществить»1. В энциклопедическом словаре Ф. Брокгауза и И. Ефрона под целью понимается «представление, которое человек стремится осуществить»2, в большом юридическом словаре, несмотря на то, что цель рассматривается в контексте совершения преступления, под ней понимается «… результат, которого стремится достичь …»3.

1 См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка / под ред. д-ра фи-лол. наук., проф. Н. Ю. Шведовой. — М.: Рус. яз., 1978. — С. 187, 802.

2 См.: Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А. Энциклопедический словарь. Современная версия. — М.: Издательство Эксмо, 2005. — С. 622.

3 См.: Большой юридический словарь / под ред. А. Я. Сухарева, В. Е. Крутских. — М.: ИНФРА-М, 2001. — С. 670.

Приведенные определения позволяют заключить, что общим содержанием понятия цели является представляемый лицом результат, к достижению которого оно стремится в процессе своей деятельности.

Восстановление социальной справедливости как цель наказания в уголовном законе впервые получила свое нормативное закрепление при принятии действующего Уголовного кодекса РФ. В теории уголовного права такое «нововведение» единодушного мнения не вызвало. Так, Н. Ф. Кузнецова отмечает приемлемость данной цели применительно к наказанию, понимая под ней восстановление социальной справедливости в отношении потерпевших (восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества и государства), с одной стороны, и справедливое наказание преступника — с другой4. Л. Л. Кругликов выступает против признания целью наказания восстановления справедливости, обосновывая это тем, что содержание социальной справедливости и средства ее достижения довольно аморфны и нет объективных критериев ее достижения5. По существу, такой же позиции придерживается С. В. Максимов, отмечая, что справедливость представляет собой нравственно-этическую категорию, лишенную правового содержания. В качестве другого довода данный автор приводит, что уголовное право не носит восстановительный, компенсационный характер, который присущ гражданскому праву6.

Высказывались и менее категоричные суждения о невозможности закрепления в уголовном законе указанной цели. Так, С. В. Полубинская отмечала, что измерение показателей степени достижения цели восстановления справедливости представляет исключительную трудность, вследствие этого в уголовном законе не следует формулировать эту цель7.

Весьма серьезным аргументом противников восстановления социальной справедливости как цели наказания, с которым трудно спорить, является то, что после совершения преступления невозможно восстановить нарушенное благо, например, жизнь человека, его здоровье, иные не менее важные ценности.

По нашему мнению, цель восстановления социальной справедливости является наиболее общей, составной, обязательной, она преследуется в любом случае, носит всеобъемлющий характер, включает в себя ряд задач. В самом широком смысле справедливое есть синоним должного, правильного. «Справедливость в праве — неуклонное следование законам»8. Философы видят в справедливости в широком смысле «разумность общественной жизни; в правовом аспекте — формальное равенство, одинаковость масштаба (требований, законов, правил, норм), посредством которого «измеряются» поступки людей. Справедливость в наказаниях предполагает определение адек-

6 См.: Максимов С. В. Цель в уголовном праве: методологические аспекты / отв. ред. А. И. Чучаев. — Ульяновск: УлГУ, 2002. — С. 109.

7 См.: Полубинская С. В. Цели уголовного наказания. — М., 1990.

— С8 . 23.

8 Соловьев В. С. Оправдание добра: нравственная философия.

— М., 1996. — С. 127.

ЦЕЛЬ НАКАЗАНИЯ

Баламшин И.Д. Поезжалов В.Б.

ватной меры наказания за нанесенный в результате преступления ущерб»9.

В таком смысле восстановить социальную справедливость — значит привести данное соотношение к должному, уравновесить нарушенный преступлением порядок вещей. Вместе с тем справедливость — понятие оценочное, ее критерии для различных индивидов различны. Что является справедливым в одном случае, в другом может показаться явно не справедливым. Именно поэтому при назначении наказания важен индивидуальный подход.

В философской и юридической литературе приводится множество определений понятия социальной справедливости. Одни ученые связывают понятие справедливости с отношениями, складывающимися между обществом и личностью, утверждая, что она «выступает как понятие социально-философской теории, …фиксирует в обобщенном виде принципы взаимоотношения общества и личности, классов и социальных групп, дает фундаментальную характеристику деятельности, взятой в противоречивом единстве с ее результатами»10. Другие считают, что справедливость «выступает как поле взаимодействия экономики, права, политики, морали.», что данную категорию » .можно считать обобщающим философским понятием, выражающим объективные экономические, политические, правовые, нравственные условия жизни того или иного класса, общества и тенденции их разви-тия»11.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Из этого следует, что справедливость выступает как необходимое явление общества, что получило отражение в позиции законодателя, который называет справедливость социальной. Термин «социальный» означает «общественный, относящийся к жизни людей и их отношениям в обществе»12, исходя из чего правомерно утверждать, что справедливость социальная -критерий, посредством которого оцениваются взаимоотношения между людьми, а также поведение индивида в обществе. Термин «восстановить» означает привести в прежнее состояние13.

Понятие справедливости имеет, с одной стороны, оценочный характер, а с другой — нормативный. Как оценочная категория справедливость позволяет дать оценку явлению, но, в отличие от других этических категорий, с позиций справедливости оценивается не отдельное явление, а соотношение явлений. Более того, справедливость является одной из основополагающих, базовых оценочных категорий, которая с точки зрения современной этики ценностей представляется предварительным условием осуществления всех остальных ценностей14. Поэтому обеспечение справедливости означает создание фундамента для реализации многих других ценностей современного общества и, наоборот, там, где нет справедливости, не могут быть обеспечены все другие ценности.

В уголовном праве справедливость заложена в уголовно-правовых нормах. Это выражается в том, что в

9 Философский словарь / под ред. Т. Н. Фролова. — М., 2001. -С. 536-537.

10 Давидович В. Е. Слагаемые социальной справедливости // Коммунист. — 1983. — № 5. — С. 49.

11 Бербешкина З. А. Справедливость как социально-философская категория. — М., 1983. — С. 45.

12 См.: Ожегов С. И. Указ. соч. — С. 741.

13 См.: Там же. — С. 99.

14 См.: Философский энциклопедический словарь. — М., 2000. —

С. 435.

диспозициях уголовно-правовых норм описываются деяния, которые в соответствии с нормами морали общества признаны противоправными и общественно опасными, а в санкциях предусматривается ответственность за их совершение в виде наказаний. Справедливость в уголовном праве будет иметь место тогда, когда за деяние, предусмотренное диспозицией, последует наказание, предусмотренное соответствующей санкцией. Иными словами, должны быть точно выполнены предписания уголовно-правовых норм.

Отсюда понятно, почему законодатель включил восстановление социальной справедливости в качестве цели уголовного наказания. Будучи острейшим средством разрешения конфликта между личностью и обществом и представляя собой понятную и доходчивую оценку для всех граждан самых важных, жизненно необходимых отношений в обществе, справедливое уголовное наказание способно быстро и ярко продемонстрировать обществу действующую систему ценностей. И наоборот, несправедливое наказание при достаточно широком его распространении способно быстро деформировать всю систему ценностей и тем самым изменить само общество.

Социальная справедливость реализуется в уголовном праве путем возложения на субъектов уголовных правоотношений обязанностей, являющихся содержанием предписаний уголовно-правовых норм. «Правоотношение .потому выступает правовым отношением, что наполнено правовым содержанием, выливающимся в правовые обязанности и права. Только обязанности и права, стимулируемые или обеспечиваемые санкциями уголовно-правовых норм, не просто воздействуют на сознание и волю субъектов отношений, а воздействуют с целью направления их поведения на достижение задач, стоящих перед уголовным правом»15.

Нарушение социальной справедливости происходит при совершении лицом преступления, что влечет наступление негативных последствий в обществе. При этом преступник оказывается за пределами закона, противопоставляет себя обществу и устоявшимся в нем моральным ценностям. Говоря о негативных последствиях совершенного преступления, Б. С. Никифоров выделяет следующие направления дезорганизации общественных отношений:

1) нарушение упорядоченности системы общественных отношений и социально-психологического порядка в обществе;

2) нарушение индивидуально-психологического порядка;

3) отрицательный пример совершенного преступления для морально неустойчивых лиц;

4) «самозаявление» лица о своей опасности для общества16.

По вопросу, на каком этапе реализуется цель наказания — восстановление социальной справедливости, в науке уголовного права нет единого мнения. А. И. Зубков считает, что достижение этой цели происходит уже на стадии назначения уголовного наказания17. С точки зрения Ю. М. Ткачевского, восстановление социальной справедливости немыслимо без реального

15 Разгильдиев Б. Т. Уголовно-правовые отношения и реализация ими задач уголовного права. — Саратов, 1995. — С. 42.

16 См.: Никифоров Б. С. Наказание и его цели // Советское гост/дарство и право. — 1981. — № 9. — С. 68-69.

См.: Уголовно-исполнительное право России: учебник / под ред. А. И. Зубкова. — М., 1997. — С. 385-386.

исполнения назначенного судом наказания, без реализации его карательной сути18. Мнение о том, что восстановление социальной справедливости достигается в процессе реализации уголовного наказания, разделяется и другими авторами19.

На наш взгляд, рассматриваемая цель включает в себя, прежде всего, демонстрацию отрицательной оценки государством действий преступника, которая укрепляет уверенность членов общества в торжестве закона, «сознание того, что посягающий на правоохра-няемые интересы вызовет на себя реакцию и при том весьма чувствительную»20, а также удовлетворяет нравственное негативное отношение к преступному поведению. Государство при восстановлении социальной справедливости решает задачу неприкосновенности правопорядка. Она же предусматривает моральную сатисфакцию потерпевшего, возмещение ему причиненного материального ущерба и морального вреда, хотя для российского права традиционно рассматривать данную задачу через призму гражданского судопроизводства.

И поскольку окончательный вид и размер назначенного наказания содержатся во вступившем в законную силу приговоре суда, восстановление социальной справедливости как цель уголовного права реализуется назначением наказания.

Список литературы:

Бербешкина З. А. Справедливость как социально-философская категория. — М., 1983.

Большой юридический словарь / под ред. А. Я. Сухарева, В. Е. Крутских. — М.: ИНФРА-М, 2001.

Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А. Энциклопедический словарь. Современная версия. — М.: Издательство Эксмо, 2005.

Давидович В. Е. Слагаемые социальной справедливости // Коммунист. — 1983. — № 5.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Комментарий к УК РФ / под ред. В. И. Радченко. — М., 1997.

Максимов С. В. Цель в уголовном праве: методологические аспекты / отв. ред. А. И. Чучаев. — Ульяновск: УлГУ, 2002.

Никифоров Б. С. Наказание и его цели // Советское государство и право. — 1981. — № 9.

Ожегов С. И. Словарь русского языка / под ред. д-ра филол. наук., проф. Н. Ю. Шведовой. — М.: Рус. яз., 1978.

Полубинская С. В. Цели уголовного наказания. — М., 1990.

Разгильдиев Б. Т. Уголовно-правовые отношения и реализация ими задач уголовного права. — Саратов, 1995.

Соловьев В. С. Оправдание добра: нравственная философия. — М., 1996.

Таганцев Н. С. Русское уголовное право: лекции. Часть общая. Т. 2. — М., 1994.

Ткачевский Ю. М. Соотношение уголовного и уголовно-исполнительного законодательства // Вестник МГУ. Сер. 11. Право. — 1998. — № 2.

Уголовное право России. Часть Общая: учебник для вузов / отв. ред. Л. Л. Кругликов, 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Волтерс Клувер, 2005.

Уголовно-исполнительное право России: учебник / под ред. А. И. Зубкова. — М., 1997.

Философский словарь / под ред. Т. Н. Фролова. — М., 2001.

Философский энциклопедический словарь. — М., 2000.

ОТЗЫВ

о научной статье старшего преподавателя кафедры уголовного права

УЮИ МВД России к.ю.н. И.Д. Бадамшина и доцента кафедры уголовного права УЮИ МВД России к.ю.н., доцента В.Б. Поезжалова «Восстановление социальной справедливости как цель наказания»

Представленная на рецензирование статья И.Д. Бадамшина и В.Б. Поезжалова «Восстановление социальной справедливости как цель наказания» подготовлена на достаточно актуальную сегодня тему.

Вопрос о целях наказания является одним из спорных вопросов в правовой литературе. Цели наказания по уголовному праву России не сводятся к специальному и общему предупреждению. В числе важнейших целей закон указывает на восстановление социальной справедливости. Такое указание впервые содержится в российском уголовном законодательстве.

Восстановление социальной справедливости как цель наказания означает, что зло должно быть наказано, должен быть обеспечен установленный порядок, восстановлена система нарушенных общественных отношений. Другими словами, восстановление социальной справедливости предполагает, что любое нарушение уголовного закона получит должное воздаяние, соответствующее характеру и степени общественной опасности деяния, личности виновного и обстоятельствам совершения преступления. Именно такой смысл вкладывает в понятие справедливости и уголовный закон (ст. 6 УК РФ).

Авторы выделяют дискуссионные вопросы обозначенной темы, исследуют точки зрения ученых, выражают собственную позицию и приводят имеющие значение для теории и практики положения и выводы.

В этой связи статья, в определенной мере, восполняет теоретические пробелы и предлагает новые варианты решения практических вопросов, возникающих в связи с возможностью достижения восстановления социальной справедливости как цели наказания.

Полагаю, что научная статья имеет практическую значимость, отличается научной новизной. Статья написана в хорошем литературном и научном стиле, отличается доступностью восприятия.

Представляется, что научная статья, подготовленная И.Д. Бадамшиным и В.Б. Поезжаловым «Восстановление социальной справедливости как цель наказания» может быть опубликована в журнале, рекомендованном ВАК Министерства образования и науки РФ.

Профессор кафедры уголовного права д

Уфимского юридического института / _________»__—

МВД России /

доктор юридических .наук* профессор / С Л.В. Сердюк

Восстановление социальной справедливости — цель
уголовного наказания и уголовно-исполнительного Кодекса РФ

После принятия в 1996 г. Уголовного кодекса РФ (УК РФ) и Уголовно-исполнительного кодекса РФ (УИК РФ) возник ряд проблем, связанных с их соотношением. В частности, особую остроту в юридической литературе приобрела проблема целей уголовного наказания, определенных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, и их интерпретации в ст. 1 УИК РФ.

Согласно ч. 1 ст.43 УК РФ, уголовное наказание является мерой государственного принуждения, назначаемой по приговору суда признанному виновным в совершении преступления лицу, и представляет собой предусмотренные УК РФ лишения или ограничения прав и свобод осужденного. Из приведенных предписаний закона следует, что суть любого наказания заключается в покарании осужденного — в лишении или ограничении его определенных прав и свобод. Одновременно уголовное «наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений» (ч. 2 ст.43 УК РФ).

В соответствии со ст.1 УИК РФ целями уголовно-исполнительного законодательства являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. Для достижения этих целей уголовно-исполнительное законодательство устанавливает порядок и условия исполнения и отбывания наказания, определяет средства исправления осужденных, предусматривает охрану их прав и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации (ч. 2 ст.1 УИК РФ).

Как видим, соотношение функций уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, их субординации в УК РФ и УИК РФ определены с исчерпывающей четкостью. УК РФ по отношению к УИК РФ имеет базовое значение*(1). Иначе говоря, уголовное право — фундаментальная отрасль права, а уголовно-исполнительное — специальная*(2).

Уголовное право существует с незапамятных времен, а уголовно-исполнительное (пенитенциарное, тюремное, исправительно-трудовое) выделилось из него относительно недавно. Только в 1890 г. на Международном тюремном конгрессе, состоявшемся в Петербурге, по предложению проф. И.Я.Фойницкого было принято решение о введении в юридических учебных заведениях чтения курса тюремного права, который уже изучался в России.

Сопоставление рассматриваемых норм УК РФ и УИК РФ показывает, что в последнем восстановление социальной справедливости в качестве цели исполнения наказания не предусмотрено. О ней в УИК РФ — ни слова. Кстати, и в обстоятельном учебнике по уголовно-исполнительному праву в разделе о целях уголовно-исполнительного законодательства проблема восстановления социальной справедливости в процессе исполнения наказания необоснованно обойдена вниманием*(3).

Обычно в исследованиях по уголовно-исполнительному праву это объясняется тем, что цель восстановления социальной справедливости «в большей мере относится к применению наказания в стадии его назначения либо отсрочки, как например, в отношении беременных женщин или женщин, имеющих малолетних детей (ст. 82 УК РФ). Именно на этих стадиях правоприменительного процесса идет речь о выборе вида наказания, его размере либо о применении гуманного акта (как это имеет место при отсрочке), раскрывающих понятие сущности социальной справедливости»*(4).

Действительно, при условном осуждении, отсрочке применения наказания восстановление социальной справедливости завершается в основном, но не полностью, актом осуждения виновного лица. Что же касается лиц, осужденных безусловно, то восстановление социальной справедливости немыслимо без реального исполнения назначенного им судом наказания, без реализации его карательной сути. Однако авторы рассматриваемого учебника делают акцент на ином. Они полагают, как отметил А. Зубков, что «на стадии исполнения наказания данная цель подразумевается при реализации в уголовно-исполнительном законодательстве таких принципов, как гуманизм, равенство осужденных перед законом, рациональное применение средств принуждения, средств исправления осужденных и стимулирование их правопослушного поведения. Последовательное выполнение именно этих принципов в уголовно-исполнительном законодательстве и практике его применения как раз и обеспечивает фактическую реализацию восстановления социальной справедливости таким опосредованным путем»*(5).

Указанные принципы уголовно-исполнительного законодательства имеют иную целенаправленность. Они призваны обеспечивать гуманное отношение к осужденному, гарантировать его права и законные интересы, способствовать реализации исправительного воздействия наказания. В перечисленном, несомненно, заинтересованы государство и общество, но возвращение обществу исправленного человека — это только часть восстановления социальной справедливости. Ведь в ст. 43 УК РФ исправление осужденного выделено в специальную цель помимо цели восстановления социальной справедливости. Да и в ст. 1 УИК РФ исправление осужденного предусмотрено в качестве отдельной цели исполнения уголовного наказания. Следовательно, сведение восстановления социальной справедливости к осуждению виновного лица и к его исправлению не обосновано. Поэтому прав А.Зубков, полагающий, что «говорить о подчинении цели исправления другой — цели восстановления социальной справедливости — вряд ли будет правильно, так как законодатель не ранжирует цели по значимости»*(6). И кстати, о каком восстановлении социальной справедливости можно говорить в тех случаях, когда осужденный не исправился?! В своей основе достижение названной цели не зависит от воли осужденного. Она реализуется в порядке уголовно-правового принуждения — исполнения (отбывания) наказания.

Не менее категорично, чем в упомянутом учебнике, отрицается необходимость регламентации в уголовно-исполнительном законодательстве достижения цели восстановления социальной справедливости и в «Комментарии к УИК РФ» под редакцией П.Г.Мищенкова (М., 1997. С. 14-15). Авторы Комментария исходят из того, что цели наказания, определенные в УК РФ, и цели уголовно-исполнительного законодательства имеют различия. Именно поэтому, по их мнению, в частности, в ч. 1 ст. 1 УИК РФ отсутствует цель восстановления социальной справедливости: она достигается в процессе вынесения приговора. Как видим, авторы ранее цитированного учебника и названного Комментария при решении рассматриваемого вопроса единодушны. В качестве доказательства обоснованности данной точки зрения в Комментарии делается ссылка на ст. 6 УК РФ, регламентирующую принцип справедливости. Но указанный принцип имеет отношение к проблеме назначения осужденному наказания и иных мер уголовно-правового характера, соответствующих характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. К тому же, согласно принципу справедливости, никто не может нести ответственность дважды за одно и то же преступление.

Определение судом справедливого наказания — это только начальный этап восстановления социальной справедливости, необходимая предпосылка к ее основной реализации в процессе исполнения наказания.

Отметим попутно: в ст. 8 УИК РФ принцип справедливости исполнения уголовного наказания отсутствует, что следует отнести к пробелу закона. Если УК РФ определяет принцип справедливости назначения наказания, то УИК РФ обязан предписать принцип справедливости его исполнения, справедливой реализации карательного содержания наказания. Несомненно, что принцип справедливости исполнения наказания вытекает из ряда норм УИК РФ. Но было бы желательно включить его в перечень принципов ст. 8 УИК РФ.

Вместе с тем нельзя смешивать принцип справедливости исполнения наказания с одной из целей такой деятельности — с восстановлением социальной справедливости. Данные категории принципиально разноплановы. Термин «справедливость» в приведенных вариантах несет различную смысловую нагрузку. Принципы — это основные положения, идеи, лежащие в основе социальных явлений. В основу каждой отрасли права или закона положены определенные принципы. Цель же представляет собой тот результат, который определен в законе, например, восстановление социальной справедливости в процессе исполнения наказания.

Некоторые сторонники обоснованности невключения цели восстановления социальной справедливости в уголовно-исполнительное законодательство объясняют свою позицию тем, что это сделано для реализации принципа гуманизма исполнения наказания (ст. 8 УИК РФ). Они полагают, что включение в ч. 1 ст. 1 УИК РФ цели восстановления социальной справедливости приведет к ужесточению карательного содержания наказания. Подобный вывод неубедителен. Карательное содержание наказания остается неизменным вне зависимости от того, будет или не будет включена указанная цель в перечень целей исполнения наказания. Карательное содержание наказания определяется в порядке реализации предписаний ч. 1 ст. 43 УК РФ в нормах, регламентирующих условия и порядок исполнения отбывания наказания (режим) УИК РФ. Такие нормы в зависимости от вида наказания устанавливают предусмотренные ст. 44 УК РФ лишения или ограничения прав и свобод осужденного. Отметим, что данное предписание УК РФ неточно, ибо ряд лишений и ограничений прав и свобод устанавливается УИК РФ. К примеру, в УК РФ нет указаний на то, чем, например, отличаются правоограничения осужденных, отбывающих тюремное заключение, от правоограничений, применяемых к осужденным в колонии общего режима. Различия же эти весьма значительны. Да и само содержание лишения свободы определено не в УК РФ, а в УИК РФ, в ст. 82 которого даны основные параметры лишения свободы (охрана и изоляция осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей и т.п.). Дифференциация содержания исполнения лишения свободы предусмотрена и в иных статьях УИК РФ (ст. 121, 123, 125 и др.). Следовательно, умолчав в УИК РФ о восстановлении социальной справедливости при исполнении наказаний, законодатель проигнорировал предписания ч. 1. ст. 43 УК РФ и содержание ряда норм УИК РФ. В закон не следует допускать лицемерия.

Восстановления социальной справедливости как цели уголовного наказания в послереволюционной России не предусматривалось. Впервые эта цель введена в ч. 2 ст. 43 УК РФ 1996 г., что в немалой степени затруднило решение и без того спорного вопроса о целях уголовного наказания. Наказание назначается за совершение преступления — деятельности, осуществленной в прошлом, а цели, поставленные перед ним, ориентированы на будущее: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, достижение частной и общей превенции.

Не вдаваясь в тонкости дискуссии о целях уголовного наказания, остановимся лишь на отдельных аспектах указанной проблемы.

В юридической литературе господствует мнение о том, что при осуждении лица к реальному исполнению наказания социальная справедливость реализуется в основном в процессе его исполнения. Однако при этом иногда занижаются или завышаются возможности уголовного наказания. Например, отмечается, что «преступление нарушает социальную справедливость, так как оно ущемляет права потерпевших (личности, общества или государства), наносит материальный или моральный ущерб. Назначенное судом наказание в общественном сознании рассматривается как средство восстановления социальной справедливости»*(7). На наш взгляд, данное утверждение сужает содержание рассматриваемой цели наказания. Во всяком случае оно не учитывает самосознания конкретных лиц, пострадавших от преступления, а также причинения им морального и материального вреда.

Восстановление социальной справедливости, считают некоторые юристы, помимо воздействия на общественное сознание предполагает «возможно полное и адекватное восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества, государства. Оно находит выражение в ресоциализации осужденного, т.е. в его адаптации к обществу посредством исправительного воздействия наказания, делающего его нерецидивистом»*(8). Представляется, что в приведенном высказывании переоценивается способность уголовного наказания к «возможно полному и адекватному» восстановлению нарушенных преступлением интересов личности, общества и государства. Если преступлением причинен материальный ущерб, то он возмещается в порядке гражданского судопроизводства или же при рассмотрении гражданского иска в уголовном судопроизводстве.

Между тем прав Г.Н.Борзенков, отмечающий, что «исковая форма сатисфакции не в полной мере отвечает задаче усиления уголовно-правовой охраны интересов потерпевших от имущественных преступлений. Эта форма предполагает, что бремя доказывания факта причинения вреда и его размера ложится на потерпевшего — гражданского истца»*(9).

В части 4 ст. 86 УПК РСФСР предусмотрена возможность возвращения потерпевшему имущества, изъятого у похитителя в качестве вещественного доказательства. Было бы желательно решить данный вопрос в уголовном законе. Тем более что до принятия действующего ныне УК РФ предлагалось включить в него следующее положение: «Лицо, совершившее хищение, независимо от назначенного ему наказания обязано возвратить похищенное либо полностью возместить собственнику причиненный ущерб»*(10). В этой связи следует обратить внимание на решение рассматриваемого вопроса в ст. 136 УК Испании, в которой определено, что снятие судимости осуществляется, как правило, после погашения осужденным материального вреда, причиненного преступлением.

Представляется необходимым учесть в отечественном уголовном законодательстве и зарубежный опыт регламентации возмещения причиненного преступлением вреда.

Например, обратимся к УК Испании; в нем можно найти помимо предписаний о связи процедуры снятия судимости с погашением виновным причиненного вреда еще несколько положений по интересующей нас проблеме. Так, возмещение ущерба, причиненного преступлением, может состоять в обязанности осужденного передать, сдать или сделать то, что устанавливают суд или трибунал в соответствии с характером причиненного преступлением ущерба и личными обстоятельствами виновного, за его счет или им самим (ст. 112). В ст. 113 этого Кодекса установлено следующее правило: компенсация материального или морального ущерба (вреда) означает возмещение не только вреда, причиненного потерпевшему, но и соответствующего ущерба, нанесенного его родственникам и третьим лицам. Если же потерпевший своим поведением способствовал в какой-то мере причинению ему вреда, то суд или трибунал могут снизить размер компенсации причиненного вреда (ст. 114). Кроме того суд или трибунал, постановив о гражданской ответственности лица, совершившего преступление, определяют размер ущерба и размер его компенсации, указывая это в своем решении (ст. 115). Следовательно, вопрос о гражданской ответственности лица, совершившего преступление, включен в УК Испании. Налицо серьезная забота о потерпевшем, об обеспечении процедуры решения вопроса о компенсации, возмещении ему вреда, причиненного преступлением.

УК Франции тоже содержит нормы о возмещении причиненного преступлением вреда. В ст. 153-8 и 153-10 предусмотрено, что помилование и амнистия не препятствуют потерпевшему получить возмещение ущерба, причиненного преступлением. Подобные положения было бы желательно включить в ст. 84 и 85 УК РФ. Согласно ст. 132-45 УК Франции, суду или судье по исполнению наказания дано право предписывать условно осужденному к тюремному заключению (с отсрочкой исполнения наказания с режимом испытания) выполнять определенные обязательства. Одним из них (п. 5) является возмещение «целиком или полностью», в зависимости от возможностей виновного, ущерба, причиненного преступлением, даже при отсутствии решения по гражданскому иску. К тому же, суд или судья по исполнению наказания могут потребовать от условно осужденного предоставления доказательств о внесении им в соответствии с его возможностями сумм, причитающихся государственной казне вследствие совершения преступления (п. 7 ст. 132-45). Как видим, предписания УК Франции позволяют при условном осуждении без длительной волокиты решить проблему возмещения вреда, причиненного преступлением, и вне гражданского судопроизводства.

УК ФРГ (ст. 56) также регламентирует возможность возложения на условно осужденного обязанности возмещения вреда (полного или частичного), причиненного преступлением. Указанное возмещение может быть выражено в выплате определенных сумм денег или же в выполнении определенных работ.

Аналогичные нормы следовало бы включить в ст. 73 УК РФ (условное осуждение). Да и при условно-досрочном освобождении от наказания (ч. 2 ст. 79 УК РФ) было бы вполне обоснованным возложить на освобожденного обязанность возместить причиненный им при совершении преступления ущерб. Вместе с тем, на наш взгляд, позиция УК Испании, предусматривающая более широкие возможности возмещения причиненного преступлением вреда, предпочтительней.

Краткий экскурс в зарубежное уголовное законодательство показывает, что УК РФ (как и предшествующий УК РСФСР и УК других союзных республик бывшего СССР) явно недооценивает возможности надлежащего регулирования острейшей проблемы возмещения вреда, причиненного преступлением, — одного из существенных аспектов восстановления социальной справедливости как одной из целей уголовного наказания.

Думается, что не только в УК РФ, но и в УИК РФ следовало бы включить специальные предписания, обязывающие осужденных посильно возместить ущерб, причиненный их преступными действиями.

Кстати, на практике факт активного возмещения осужденным вреда, причиненного совершенным им преступлением, вполне закономерно оценивается администрацией мест лишения свободы как обстоятельство, позитивно характеризующее его личность. Это находит свое отражение, например, в представлениях, направляемых в суд для решения вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного или замене не отбытой им части срока лишения свободы другим, более мягким наказанием.

Итак, возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, возможно в порядке гражданского судопроизводства и при рассмотрении гражданского иска в уголовном судопроизводстве, но не в порядке реализации ныне действующего уголовного наказания. Нельзя посредством уголовного наказания адекватно восстановить жизнь, здоровье, честь и достоинство потерпевшего, разрушенные памятники культуры, испорченную экологию и т.д.

Уголовное наказание, суть которого в лишении или ограничении прав и свобод осужденного (ч. 1 ст. 43 УК РФ), неспособно в полной мере вернуть утраченное в результате преступления благо. Даже принцип талиона «око за око, зуб за зуб» в буквальном смысле не восстанавливал, а разрушал.

По мнению подавляющего большинства юристов (В.Д.Меньшагин, Н.Д.Дурманов, Н.Ф.Кузнецова, Г.Н.Борзенков и др.), наказание цели покарания осужденного не имеет. Но есть и такие представители науки уголовного права (И.И.Карпец, Н.А.Беляев, Ю.М.Ткачевский), которые полагают, что подобная цель перед наказанием стоит. Что же касается исполнения уголовного наказания, то оно без реализации сути наказания — покарания (лишения или ограничения прав и свобод осужденного — ч. 1. ст. 43 УК РФ) — немыслимо. Поэтому восстановление социальной справедливости включает в себя осуждение виновного лица (что порицает его деяние от имени государства и одновременно позитивно влияет на общественное мнение), ресоциализацию осужденного, реализацию карательного содержания наказания. Исполнение наказания носит характер возмездия.

Судимость входит в содержание уголовной ответственности. Те правоотношения, с которыми она сопряжена (например, лица, имеющие судимость, не могут быть судьями, их не принимают в военное училище), являются элементом восстановления социальной справедливости.

При условном осуждении (ст. 78 УК РФ), отсрочке исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК РФ), восстановление социальной справедливости реализуется не только в факте осуждения лица и в наличии судимости, но и в некоторых правоограничениях, связанных с применением этих форм правового воздействия.

Так, на условно осужденного суд может возложить определенные обязанности, например, не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции. Несоблюдение требований, предъявляемых к условно осужденным и женщинам, в отношении которых судом была применена отсрочка исполнения наказания, может повлечь отмену условного осуждения или отсрочки.

При исполнении так называемых срочных наказаний, например лишения свободы, восстановление социальной справедливости осуществляется не только посредством воспитательного воздействия на осужденного, но и путем обеспечения его надлежащими материально-бытовыми условиями, медицинским обслуживанием и т.п.

На лицо, отбывающие исправительные работы, уголовно-исполнительная инспекция может возложить некоторые обязанности, например, запретить ему пребывание вне дома в определенное время суток (ст. 41 УИК РФ). Представляется, что предусмотренные в данной статье правоограничения лиц, отбывающих исправительные работы, необоснованно превращают такое наказание в разновидность ограничения свободы. К тому же уголовно-исполнительные инспекции при этом наделяются функциями, свойственными только суду.

Особое значение имеет восстановление социальной справедливости в процессе исполнения наказания мерами, не входящими в структуру карательного воздействия наказания, в виде погашения в порядке гражданского судопроизводства материального вреда, причиненного совершившим преступление лицом, уплаты им алиментов на детей и т.д. Следовательно, восстановление социальной справедливости может выходить за границы реализации сути уголовного наказания. Однако решается названная проблема во время исполнения наказания.

Из всего сказанного напрашивается вывод: в ч. 1 ст. 1 УИК РФ необходимо включить в качестве цели исполнения наказания восстановление социальной справедливости. Несомненно, прав Э.Т.Тенчов, отмечавший, что если цель восстановления социальной справедливости «сформулирована государством и отражена в Уголовном кодексе, то она не может игнорироваться в процессе исполнения и отбывания уже назначенного судом того или иного наказания»*(11). В то же время, по мнению ученого, включение восстановления социальной справедливости в число принципов уголовно-исполнительного права, перечисленных в ст. 8 УИК РФ, представляется необоснованным, поскольку налицо смешение целей исполнения наказания и принципов, положенных для достижения целей наказания в основу деятельности исполняющих наказание органов.

Роль принципов многогранна. Они, как полагает В.И.Селиверстов, определяют «построение и содержание Особенной части УИК РФ, влияют на содержание институтов и норм УИК РФ, влияют на практику исполнения уголовных наказаний, корректируя ее в пользу реализации прогрессивных идей законности, гуманизма, равенства граждан перед законом и др.»*(12).

В части 2 ст. 43 УК РФ цели наказания только перечислены. При этом их содержание не раскрывается. В ч. 1 ст. 1 УИК РФ содержится уточнение цели предупреждения совершения новых преступлений. В указанной норме говорится о «предупреждении совершения новых преступлений как осужденным, так и иными лицами». В ст. 9 УИК РФ дано понятие исправления осужденных, которое заключается в формировании у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и в стимулировании правопослушного поведения. По сути, в законе определяется даже не понятие исправления, а процесс его осуществления: «формирование», «стимулирование», а не достижение какого-то определенного результата. Вероятно, исправление — это наличие у осужденного уважительного отношения к человеку, правопослушное поведение.

Было бы желательно при включении в УИК восстановления социальной справедливости как цели исполнения уголовного наказания определить ее основные параметры.

Доктор юридических наук, профессор

Ю.М.Ткачевский

————————————————————————-

*(1) Уголовно-исполнительное право. М., 1998. С. 35.

*(2) Общая теория государства и права: Академический курс. М., 1998. Т. 2. С. 242.

*(3) Уголовно-исполнительное право. С. 35-36.

*(4) Уголовно-исполнительное право: Учебник / Под ред. А.И.Зубкова М., 1997. С. 385-386.

*(5) Зубков А. Законодательство как гарант реализации цели исправления // Преступление и наказание. 1998. N 4. С. 28.

*(6) Там же.

*(7) Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.И.Радченко. М., 1997. С. 71.

*(8) Уголовный кодекс Российской Федерации: Постатейный комментарий / Под ред. Н.Ф.Кузнецовой и Г.М.Миньковского. М., 1977. С. 93.

*(10) Борзенков Г.Н. Преступления против собственности / Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. 1992. N 6. С. 17.

*(11) Проблемы теории наказания и его исполнения в новом уголовном и уголовно-исполнительном кодексах / Материалы научно-практической конференции, НИИ МВД России. М., 1997. С. 34.

*(12) Там же. С. 15-16.

Оставьте комментарий