Зачет в гражданском праве

. Зачет (компенсация) представляет собой способ прекращения взаимных обязательств двух лиц, каждое из которых является одновременно и должником, и кредитором.

Сущность зачета зиждется на идеях рациональности и целесообразности.

Интерес сторон «состоит скорее в том, чтобы не платить, чем в том, чтобы истребовать назад уплаченное»*(1378). В этом смысле зачет заменяет результат взаимных исполнений, выступая в качестве их «суррогатов».

Статья 410 ГК определяет условия, при которых допускается зачет. Зачитываемые требования должны быть: а) встречными; б) однородными; в) способными к исполнению.

Встречность требований предполагает существование двух обязательственных отношений между теми же лицами. При этом должник по одному из них должен одновременно являться кредитором по другому и наоборот. Из условия встречности вытекают два общих правила. Во-первых, должник может направить к зачету лишь такое требование, которое принадлежит исключительно и непосредственно ему. По этой причине главный должник не вправе представить к зачету того, что кредитор должен поручителю, а солидарный должник — того, что кредитор должен содолжнику*(1379). Во-вторых, требование, направленное должником к зачету, должно относиться непосредственно к самому кредитору. Соответственно, он не может заявить о зачете лицу, на которое возложено исполнение*(1380).

В отдельных случаях закон допускает отступление от правила встречности. Так, в силу ст. 412 ГК должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое требование к первоначальному кредитору.

Зачитываемые требования должны быть способны к исполнению. Это прежде всего означает само их существование и действительность. Зачет недействительных или прекращенных (исполнением, предоставлением отступного или в силу иных обстоятельств) требований не допускается.

Способность требований к исполнению означает также наступление срока их исполнения.

К сожалению, нечеткость формулировки ст. 410 ГК не позволяет однозначно определить, обязательно ли наступление срока исполнения обоих зачитываемых требований либо допустимо предъявление к зачету требования, срок исполнения по которому не наступил, если по этому требованию возможно досрочное исполнение*(1381).

Закон допускает также зачет требований, срок исполнения которых не указан или определен моментом востребования.

Зачитываемые требования должны быть однородными. Условие однородности касается лишь предмета предъявляемых к зачету требований, но ни оснований их возникновения, ни их правовой природы. Закон исходит из требования фактической, а не юридической однородности (тождественности характера, режима удовлетворения, прекращения и т.п.), равно как и не предусматривает необходимости совпадения видовой характеристики зачитываемых требований. Таким образом, зачет может происходить между двумя требованиями, которые одинаково имеют своим предметом денежную сумму или определенное количество заменимых вещей одного рода.

В частности, допустим зачет договорного и внедоговорного денежных требований, а равно требований об уплате основного долга и взыскании неустойки. Судебно-арбитражная практика придерживается на этот счет диаметрально противоположного взгляда. Подобный подход зачастую объясняется с помощью введения дополнительного условия зачета — бесспорности зачитываемых требований*(1382). Однако такая позиция не основана на законе. Кроме того, «требовать, чтобы оба долга были бесспорны, без ближайшего определения, что следует разуметь под спорным и бесспорным долгом, — а такое определение едва ли возможно, — значит ставить зачет в зависимость от произвола»*(1383).

Законодательство не знает зачета в силу закона. Само по себе наличие встречных однородных требований не приводит к их зачету. Необходимым и достаточным для зачета закон считает наличие соответствующего заявления одной из сторон*(1384). По своей правовой природе такое заявление является односторонней сделкой*(1385).

Соответственно, заявление о зачете не требует его принятия другой стороной, а порождает правовой эффект с момента его восприятия обладателем встречного требования*(1386).

Как и любая сделка, заявление о зачете требует соблюдения условий ее действительности, отсутствие которых может повлечь признание данного заявления недействительным и, как следствие, аннулирование его правопрекращающего эффекта.

Последствием одностороннего волеизъявления о зачете всегда должно являться окончательное и бесповоротное прекращение зачитываемых требований. Поэтому данное заявление не может быть сделано под условием или с указанием срока. Не предусматривается также возможность отказа от совершенного зачета.

Возможность зачета может быть ограничена законом или договором. Так, не допускается зачет, если по заявлению другой стороны к требованию подлежит применению срок исковой давности и этот срок истек*(1387). По мотивам социальной важности и строго целевого характера незачетоспособными объявлены требования о возмещении вреда жизни или здоровью, взыскании алиментов, пожизненном содержании (ст. 411 ГК). Зачет, совершенный в нарушение установленного запрета, является недействительным.

В

Истец:

Ответчик:

Встречное исковое заявление о зачете первоначального требования

между Стороной 1 и Стороной 2 был заключен договор поставки N от , на основании которого Сторона 1 (Поставщик, Ответчик) отгрузил Стороне 2 (Покупатель, Истец) товар на сумму рублей. Поставщик выставил к оплате счет N . Согласно условиям договора оплата товара производится не позднее с момента отгрузки.

В свою очередь Истец оказал Ответчику услуги (договор N от ). Акт оказанных услуг подписан Сторонами на сумму руб. Счет N выставлен договором предусмотрена последующая оплата оказанных услуг в течение с момента подписания акта выполненных работ.

Неуплата долга по договору поставки послужила основанием для обращения в арбитражный суд с иском, на момент подачи которого задолженность Стороны 2 перед Стороной 1 по договору поставки составила руб., а задолженность Стороны 1 перед Стороной 2 по договору оказания услуг — руб. Таким образом, задолженность Ответчика (Стороны 1) исключает полностью в части удовлетворения первоначального иска.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 132 АПК РФ, прошу:

Взыскать с Ответчика задолженность по договору оказания услуг N от в размере рублей.

Приложение:

1. Квитанция, подтверждающая направление Ответчику копии искового заявления.

2. Квитанция об оплате государственной пошлины.

3. Копия свидетельства о государственной регистрации в качестве юридического лица/индивидуального предпринимателя.

4. Договор поставки N от .

5. Накладная N от .

6. Счет N от .

7. Договор оказания услуг N от .

8. Акт выполненных работ (оказанных услуг) от .

9. Счет N от .

10. Доверенность на подписание искового заявления.

К вопросу о прекращении обязательства зачетом

Несмотря на то, что казахстанское юридическое сообщество уже давно знакомо с нормой о прекращении обязательства зачетом, предусмотренной ст. 370 Гражданского кодекса Республики Казахстан (далее — ГК РК), практику применения зачета как способа прекращения обязательства никак нельзя назвать ни устоявшейся, ни единообразной. Важно подчеркнуть, что норма о прекращении обязательства зачетом практически дословно перекочевала из ст. 218 Гражданского кодекса Казахской ССР, введенного в действие еще в 1964 г., но также существовала и ранее.

В соответствии с п. 1 ст. 370 ГК РК «Обязательство прекращается полностью или в части зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил, либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны». При этом, пунктом 2 данной статьи предусмотрены случаи, когда применение зачета не допускается, а пунктом 3 — порядок применения зачета при уступке требований. Однако, для анализа указанной нормы п.п. 2 и 3 ст. 370 ГК РК будут рассматриваться только отчасти.

Принимая во внимание, что в силу п. 1 ст. 6 ГК РК «Нормы гражданского законодательства должны толковаться в соответствии с буквальным значением их словесного выражения», для применения зачета в соответствии с п. 1 ст. 370 ГК РК достаточно обеспечить соблюдение трех условий: во-первых, требования должны быть встречными; во-вторых, требования должны быть однородными; и, в-третьих, требования должны быть исполнены в связи с наступлением срока исполнения, в связи с отсутствием срока исполнения, либо в случае, если исполнение определено моментом востребования.

Под условием о том, что требование должно быть встречным, понимается, что у сторон должны быть взаимные требования, то есть направленные друг к другу. Такие требования могут возникать из любых юридических фактов, за исключением предусмотренных п. 2 ст. 370 ГК РК. Таким образом допустимо утверждать, что для применения зачета каждая из сторон основного обязательства должна быть соответственно должником и кредитором по встречному требованию.

Под условием о том, что требование должно быть однородным обязательству, понимается, что, как требование, так и обязательство должны обладать едиными родовыми признаками, к примеру, денежное обязательство, в силу которого одно лицо (должник) обязано уплатить деньги другому лицу (кредитору), а кредитор имеет право требовать от должника исполнение его обязанности по уплате денег (заем денег и другие обязательства).

В таком случае, если должник обязан выплатить кредитору деньги, то и у должника должно быть требование о выплате кредитором денег, при чем независимо от оснований возникновения требования и обязательства, будь то оплата по возмездному договору, возмещение убытков, уплата неустойки, возврат неосновательного обогащения либо платеж по другому основанию. Как следствие, если по основному обязательству подлежат оплате деньги, а по встречному требованию подлежит передаче какая-либо иная вещь, то применение зачета не допускается.

Третье условие для зачета — это сроки исполнения требования, а именно: наступление срока исполнения, отсутствие срока исполнения или если исполнение производится по требованию. В первом случае требование должно содержать срок исполнения, и этот срок должен наступить, к примеру, если в договоре подряда указано, что заказчик оплачивает работы подрядчика в течение 60 дней с даты подписания акта приемки построенного объекта в эксплуатацию, то сразу после подписания акта срок исполнения обязательства заказчика по оплате работ считается наступившим.

Во втором случае срок исполнения требования должен отсутствовать, к примеру, в договоре подряда указано, что заказчик оплачивает работы подрядчика после подписания акта выполненных работ, при этом конкретный срок оплаты не предусмотрен. В силу п. 2 ст. 277 ГК РК исполнение обязательства по оплате должно быть произведено в разумный срок, но для целей применения зачета считается, что срок исполнения требования не указан, а применение зачета допустимо.

В третьем случае срок исполнения определяется моментом востребования, то есть моментом, когда кредитор заявит должнику о своем требовании. Допустим, что в договоре подряда указано, что за нарушение сроков выполнения работ подрядчик выплачивает заказчику неустойку в размере 0,1 % от стоимости договора. Учитывая, что согласно п. 2 ст. 349 ГК РК привлечение должника к ответственности за нарушение обязательства производится по требованию кредитора, то срок исполнения обязательства по уплате неустойки определяется моментом востребования.

Уместно предположить, что в статье 370 ГК РК понятие «требование» не приравнивается понятию «обязательство», поскольку указано, что «обязательство прекращается… зачетом… требования», а не «обязательство прекращается… зачетом… обязательства» либо «требование прекращается… зачетом… требования». Более того, системный анализ положений ГК РК позволяет утверждать, что требование является, если не тождественным, то сходным понятию «субъективного права», под которым понимается «юридически обеспеченная мера возможного поведения управомоченного лица».

При этом, согласно ст. 268 ГК РК «В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и так далее либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Кредитор обязан принять от должника исполнение». Таким образом, допустимо утверждать, что «требование» и «обязательство» — это «две стороны одной медали», но никак не одно и то же. В частности, в силу пп. 1 ч. 2 ст. 7 ГК РК гражданские права и обязанности возникают, изменяются и прекращаются из договоров и иных сделок, предусмотренных законодательством Республики Казахстан.

Более того, к порядку применения зачета п. 1 ст. 370 ГК РК устанавливает лишь одно правило — «для зачета достаточно заявления одной стороны». Так как согласно п. 2 ст. 148 ГК РК «односторонней считается сделка, для совершения которой, в соответствии с законодательством или соглашением сторон, необходимо и достаточно выражения воли одной стороны», зачет является разновидностью односторонней сделки. Как следствие, для применения зачета должником не требуется согласия или иного волеизъявления кредитора по основному обязательству.

В этой связи, при соблюдении условий п. 1 ст. 370 ГК РК должник вправе заявить кредитору о прекращении обязательства путем применения зачета в связи с имеющимся у него требованием к кредитору. Учитывая, что зачет — это односторонняя сделка, обоснованность и законность требований должника к кредитору предполагается, а при несогласии кредитор вправе оспаривать в порядке, предусмотренном ст. 9 ГК РК, как действительность предъявленного к зачету требования, так и наличие условий, необходимых для осуществления зачета.

Вышеприведенный анализ п. 1 ст. 370 ГК РК не должен оставлять сомнений о возможности применения зачета при соблюдении условий и порядка применения зачета, однако на практике зачастую возникают сложности с применением данной нормы, различное понимание и толкование данной нормы, о чем наиболее ярко свидетельствуют следующие гражданские дела.

Специализированный межрайонный экономический суд Карагандинской области в 2017 г. рассмотрел гражданское дело по иску ТОО «Б» к ТОО «К» о признании недействительным предъявленное ответчиком к зачету требование и признании незаконным действие ответчика по проведению зачета. Суд вынес решение о частичном удовлетворении иска в части признания действий ответчика по проведению зачета незаконным.

Суд основывал свое решение на том, что «истец не согласился с применением ответчиком зачета путем направления письма об отказе; данное обстоятельство означает наличие спора по вопросу начисления неустойки; соответственно, проведение зачета, являющегося по сути отказом ответчика от исполнения обязательства перед истцом, является незаконным», а также отметил, что «ответчик не утратил возможность восстановления прав в судебном порядке; в связи с чем, в удовлетворении требования истца о признании недействительным предъявленного ответчиком к зачету требования (о взыскании неустойки) следует отказать».

В апелляционной инстанции была оспорена законность и обоснованность указанного решения, вынесено постановление об изменении решения и отказе в удовлетворении требований истца. Апелляционная судебная коллегия мотивировала свое постановление тем, что «в силу требования п. 2 ст. 367 ГК прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законодательством» и «для зачета согласия другой стороны не требуется, заявление одной стороны рассматривается как односторонняя сделка».

Конкретные обстоятельства указанного дела сознательно не приводятся в настоящем исследовании, поскольку для анализа практики применения п. 1 ст. 370 ГК РК важно лишь то, как суды толкуют и применяют обсуждаемую норму при рассмотрении споров, с учетом допущения, что обстоятельства дела предполагают соблюдение условий применения зачета.

Как видно из решения, суд первой инстанции приходит к интересному выводу: раз уж «истец не согласился с применением ответчиком зачета», прямое указание закона на то, что «для зачета достаточно заявления одной стороны» не имеет никакого правового значения, поскольку по мнению суда «проведение зачета, являющегося по сути отказом ответчика от исполнения обязательства перед истцом, является незаконным».

Не менее интересен второй вывод суда о том, что сторона, применяющая зачет (в данном случае ответчик), «не утратила возможность восстановления прав в судебном порядке». Отсюда вытекает, что суд первой инстанции истолковал норму «для зачета достаточно заявления одной стороны» как «для зачета необходимо подать отдельное или встречное исковое заявление».

Очевидно, что первый вывод суда первой инстанции неправомерен, а в отношении второго вывода возникает следующий вопрос: «Если должник уже применил зачет, то наверняка убежден, что его обязательства перед кредитором прекратились, как и обязательства кредитора перед должником. В этой связи становится непонятно, подавая отдельное или встречное исковое заявление, на чем должен основывать должник свои требования, если обязательства кредитора прекратились зачетом?» Таким образом, возникает явное противоречие в утверждениях суда первой инстанции и игнорирование норм гражданского законодательства.

Как следствие, обнаружив данные противоречия, суд апелляционной инстанции правильно отметил, что прекращение обязательства возможно по требованию одной из сторон, в частности, для зачета согласия другой стороны не требуется. Таким образом, применение зачета не требует обращения в суд с отдельным исковым заявлением (или со встречным иском) — достаточно обеспечить соблюдение условий и порядка применения зачета.

Аналогичное дело было рассмотрено специализированным межрайонным экономическим судом г. Астаны в 2018 г. по иску ТОО «H» к ТОО «Ц» о взыскании сумм, где ответчик не выплатил истцу всю сумму по заключенному между ними договору, применив зачет в связи с имеющимся у него встречным требованием о возмещении убытков и неустойки. Встречный иск не подавался. Судом вынесено решение об удовлетворении требований истца.

Суд мотивировал свое решение тем, что «так как в договоре сторонами не предусмотрено безакцепное удержание сумм за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора, то ответчик не вправе был в одностороннем порядке взыскивать неустойку и убытки», а также, что «в суде установлено, что между сторонами имеется спор в части сроков исполнения договорных обязательств, что указывает на отсутствие бесспорности удержаний».

Также суд отметил, что «не рассматривает вопрос о надлежащем или ненадлежащем исполнении истцом условий договора, так как ответчиком не заявлены требования в этой части и такое право им не утрачено. Ссылка ответчика на ст.370 ГК РК в данном случае несостоятельна, так как требования ответчика являются спорными».

По-видимому, СМЭС г. Астаны рассматривает норму ст. 370 ГК РК также, как и СМЭС Карагандинской области, но с некоторыми особенностями. В данном случае Суд позволил себе истолковывать зачет как «безакцепное удержание», «одностороннее взыскание» и «бесспорное удержание». Вместе с тем, апелляционная судебная коллегия, рассмотрев жалобу Ответчика, постановила, что отсутствуют основания для отмены обсуждаемого решения суда, указав, что «у сторон сделки отсутствует право безакцептного списания неустойки и убытков», а также «в рамках данного дела встречный иск Ответчиком не заявлен».

Используя указанные формулировки, суд первой инстанции допустил грубейшие ошибки. Удержание является способом обеспечения обязательства, а не его прекращения, как в случае с зачетом. При этом, удержание не требует акцепта, поэтому неважно было ли согласовано удержание, разумеется, если иное не предусмотрено договором. Взыскание может быть только односторонним, поскольку при согласии другой стороны, имеет место добровольная оплата. Как было уже рассмотрено выше, бесспорность не является условием для применения зачета.

Апелляционная судебная коллегия «пошла дальше» и указала в постановлении об отсутствии у ответчика «права безакцептного списания», однако в данном случае только истец может обладать правом списания, поскольку истец требует выплаты задолженности и вправе производить списание, а равно прощение долга. В противном случае, если следовать логике апелляционной судебной коллегии, получается: «ответчик без согласия истца не может сам себе списать задолженность». Это так, однако в рассматриваемом деле ответчик применил зачет встречного однородного требования против обязательства перед истцом, а не прощал долг самому себе.

В части необходимости заявления встречного иска важно учитывать, что любое исковое заявление должно содержать предмет и основание иска. «Предмет иска определяется требованиями истца к ответчику. Основание иска — это доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования.» Если с предметом встречного иска понятно, что у лица, применяющего зачет, должно быть соответствующее встречное однородное требование, то с основанием встречного иска становится сложнее, поскольку такое требование предполагается ответчиком (истцом по встречному иску) прекращенным в связи с уже примененным зачетом, как следствие, основания для встречного требования уже реализованы.

Не менее интересное постановление было вынесено апелляционной судебной коллегией Актюбинского областного суда в 2015 году о проверке решения специализированного межрайонного экономического суда Актюбинской области по иску ТОО «И» к АО «С» о взыскании суммы долга и неустойки. В постановлении указано: «Согласно ст. 370 ГК обязательства прекращаются зачетом однородных требований. Для зачета достаточно заявление одной стороны. Однако задолженность по оплате поставки и неустойка не являются однородными требованиями, так как стоимость поставки покупатель обязан оплатить, цена товара не может быть уменьшена судом, а в случае заявления требования о взыскании неустойки, то законодатель предусматривает его изменение судом. Право требования неустойки не является бесспорным. Соответственно неустойка при наличии спора подлежит взысканию в судебном порядке, что предполагает предъявление иска».

Следовательно, коллегия пришла к невероятному выводу, что однородность денежного обязательства устанавливается через возможность суда уменьшить размер обязательства, а не через единые родовые признаки встречных обязательств кредитора и должника. Очевидно, что норма о буквальном толковании норм гражданского законодательства была проигнорирована, поскольку, в силу денежного обязательства (оплата поставки) должник обязан уплатить деньги кредитору, а неустойкой признается определенная денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства. Разумно утверждать, что в обоих случаях подлежат передаче (оплате) деньги, и эти обязательства являются однородными. Иначе буквально толковать указанные нормы невозможно. В результате допущения неправильного толкования понятия однородности указанных обязательств суд пришел к неправильным выводам, и был вынесен по существу неправильный судебный акт.

Как демонстрируют указанные примеры из судебной практики, практическое применение зачета как способа прекращения обязательства все еще вызывает затруднения. Правоприменители допускают излишние, а порой и ошибочные, суждения о применении и толковании норм о прекращении обязательства зачетом. Судам следует строго придерживаться принципа законности и буквально толковать требования гражданского законодательства. Таким образом, Верховному суду Республики Казахстан желательно уделять большее внимание разъяснению нижестоящим судам надлежащего применения отдельных норм гражданского законодательства через нормативные постановления по вопросам судебной практики, а также в подобных случаях истребовать дела из нижестоящих судов для их проверки в кассационном порядке.

Дженбеков Кайсар Ханмуратович, магистр права

Гражданский Кодекс Казахской ССР, введен в действие с 01.07.1964 от 28.12.1963 г.

https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1019750 (далее — Комментарий к ГК).

Гражданское право. Том І. Учебник для вузов. Под ред. М.К. Сулейменов, Ю.Г. Басин — Алматы, 2000 — § 2.

См. Комментарий к ГК.

См. Решение СМЭС Карагандинской области от 27.11.2017 г. по гражданскому делу № 3514-17-00-2/6211.

Ibid, — с. 4.

См. Постановление Карагандинского областного суда от 15.03.2018 г. по гражданскому делу № 3599-18-00-2а/202.

Ibid — с. 5.

Ibid — с. 6.

См. п. 1 ст. 370 ГК РК.

См. Решение СМЭС г. Астаны от 10.04.2018 г. по гражданскому делу № №7119-18-00-2/3220.

Ibid — с. 3.

Ibid.

См. Постановление суда г. Астаны от 30.05.2018 г. по гражданскому делу № 2а-3201/2018.

Ibid — с. 2, 3.

См. п. 1 ст. 292 ГК РК.

См. п. 1 ст. 367 ГК РК.

См. п. 3 ст. 338-1 ГК РК.

См. ст. 373 ГК РК.

Компания «Лидер строй» пыталась доказать в судах, что зачесть требования на стадии исполнительного производства можно только путем подачи встречного иска, но не посредством уведомления другой стороны в соответствии с Гражданским кодексом. Однако все инстанции единодушно сошлись на обратном: такой способ прекращения обязательств возможен и в рамках исполнительного производства. Спором решила заняться экономколлегия Верховного суда, которая в итоге поддержала cвоих коллег из нижестоящих инстанций.

В июле 2012 года ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северо-Запада» (МРСК) обратилась в Арбитражный суд Новгородской области с иском к ООО «Северо-Западная лесная компания» («Лесная компания»). МРСК требовала взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков выполнения строительных работ по договору подряда от 2010 года. Первая инстанция в иске компании отказала, однако добиться своего ей удалось в апелляции: 13 мая 2013 года 14-й ААС обязал «Лесную компанию» заплатить МРСК 15,5 млн руб. пеней (№ А44-5693/2012).

Параллельно с этим делом Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области рассматривал иск «Лесной компании» к МРСК о взыскании с последней 22,9 млн руб. неустойки за просрочку оплаты работ по этому же договору подряда. 4 сентября 2013 года суд произвел замену ответчика с «Лесной компании» на ООО «Лидер строй» в связи с уступкой прав требования, а 11 сентября удовлетворил иск частично – взыскал с МРСК 2,9 млн руб. пеней. Впрочем, впоследствии, 31 октября 2013 года, такое решение поправил 13-й ААС, увеличив размер взысканной в пользу «Лидер строя» неустойки до 11 млн руб. (№ А56-1586/2013).

После этого, 5 ноября 2013 года, МРСК направил «Лидер строю» письмо о зачете требований последнего об уплате 11 млн руб. неустойки в связи с просрочкой оплаты работ против своего требования к первоначальному кредитору – «Лесной компании» – об уплате пени за просрочку выполнения работ. Таким образом, МРСК решила, что свой долг перед «Лидер строем» полностью погасила, и 7 ноября этого же года обратилась в АС Санкт-Петербурга и Ленобласти с заявлением о признании своего обязательства об уплате неустойки в пределах 11 млн руб. прекращенным (№ А56-67385/2013).

В итоге 14 апреля 2014 года судья Мария Трохова иск МРСК полностью удовлетворила. Она пришла к выводу, что сетевая компания была вправе зачесть свои требования к первоначальному кредитору против требований «Лидер строя». Такой способ прекращения обязательств, указывала судья в решении, предусмотрен ст. 410, 412 Гражданского кодекса РФ.

Отдельно отметила Трохова также то, что МРСК надлежащим образом уведомила «Лидер строй» о зачете – письмом от 5 ноября. «Уведомление о зачете направлялось по месту нахождения ответчика, по месту жительства генерального директора и учредителя ответчика А. Л. Севандера (получено 8 ноября 2013 года), по месту жительства генерального директора и учредителя ответчика Е. Г. Дегтярева (вручено 12 ноября 2013 года), – говорится в решении. – Таким образом, ответчик надлежащим образом был извещен о проведении истцом зачета встречного требования на основании ст. 410, 412 ГК РФ и не направил каких-либо возражений, претензий по предмету состоявшегося зачета».

«Лидер строй» с таким решением не согласился и обратился с жалобой в 13-й ААС. Там он настаивал на том, что во время судебного процесса (в том числе в рамках исполнительного производства) зачесть требования МРСК могла исключительно путем подачи встречного иска, чего сделано не было. Подкрепляла свой довод компания ссылкой на постановление Президиума Высшего арбитражного суда по делу № А21-3565/2010. В рамках этого спора судьи сослались на п. 1 информационного письма ВАС от 29 декабря 2001 года № 65, согласно которому после предъявления иска к лицу, имеющему право заявить о зачете, зачет может быть произведен только при рассмотрении встречного иска.

Однако апелляционная коллегия 13-го ААС (Семен Несмиян, Татьяна Жукова и Надежда Попова) с такой трактовкой не согласилась. По их мнению, сторона имеет право провести зачет встречных однородных требований и на стадии исполнительного производства. Это, по мнению судей, подтверждается п. 2 информационного письма № 65, который гласит: «Окончание исполнительного производства, основанное на сделанном одной из сторон заявлении о зачете, при наличии встречных исполнительных листов не противоречит закону». «В настоящем деле зачет встречных требований произведен после вступления в силу судебных актов , подтверждающих однородные требования сторон», – подытожили судьи апелляции и оставили решение суда первой инстанции в силе.

Кассационная коллегия АС Северо-Западного округа (Ольга Журавлева, Елена Васильева и Светлана Соколова) своих коллег из нижестоящих инстанций полностью поддержала. «Непредъявление МРСК встречного иска само по себе не является обстоятельством, ограничивающим применение предусмотренного статьей 412 ГК РФ материального института зачета требования нового кредитора», – говорится в постановлении кассации от 3 декабря 2014 года.

Тогда «Лидер строй» обратился с жалобой в Верховный суд. Там он ссылался на то, что порядок зачета встречных однородных требований в рамках исполнительного производства установлен статьей 88.1 Закона № 229 об исполнительном производстве, которая гласит: «По заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства». А значит, указывала компания в жалобе, положения ст. 410 и 412 ГК в настоящем деле применяться не могут – то есть заявление о зачете не прекращает обязательства МРСК по исполнению судебного акта, принятого в рамках дела № А56-1586/2013. Судье ВС Ирине Букиной эти доводы показались заслуживающими внимания, и она передала дело на рассмотрение экономической коллегии.

«В информационном письме № 65 четко сказано, что зачет на стадии арбитражного процесса может быть сделан исключительно путем подачи встречного иска, – начал свое выступление вчера, 8 июня, представитель «Лидер строя» Никита Денисов. – А стадия исполнительного производства является частью арбитражного процесса. В таком случае одностороннее волеизъявление стороны не может прекращать обязательство». Кроме того, по его словам, порядок зачета в рамках исполнительного производства четко закреплен в статье 88.1 Закона № 229. «Мой доверитель действовал добросовестно. И когда мы заключали договор уступки прав требования , мы не думали что будет произведен зачет. Поэтому просим акты нижестоящих инстанций отменить, а в требованиях МРСК отказать», – заключил он.

В свою очередь представитель МРСК Екатерина Никифорова настаивала на обратном. «Законом не предусмотрены случаи недопустимости зачета на стадии исполнительного производства, – говорила она. – Ни закон об исполнительном производстве, ни АПК не запрещают нам как должнику зачесть на основании ст. 412 ГК наши требования к прежнему кредитору». Статья же 88.1 закона об исполнительном производстве в этом споре, по ее мнению, вообще не может применяться. «На момент проведения зачета исполнительный лист не был предъявлен ни в службу судебных приставов, ни в банк», – пояснила юрист.

После этого тройка ВС удалилась в совещательную комнату и спустя полчаса решила акты нижестоящих инстанций оставить без изменения, а кассационную жалобу «Лидер строя» – без удовлетворения.

Оставьте комментарий